Читаем Прорыв осады полностью

Директор действительно казался готовым при необходимости даже кинуться в драку, но Шеф, приняв позу Наполеона, скомандовал с крыши:

– Несите!

И Евгений Саныч, понурившись, поплелся в дом.

Филиппыч проводил его красноречивым взглядом и повернулся к Павлу:

– Слушай, ты вспомни, пехота. Как ты тогда завел этот свой резонанс? В этих крыльях же руками махать бесполезно, здесь мышечная вибрация нужна. Как в бою.

– Как-как… – буркнул Павел, усаживаясь на матрасы. – Градобор сказал, что все сработает само, когда наступит время. Так и получилось.

Вызвать в памяти эту картинку оказалось несложно, такое не забывается…

Толпа разъяренных ацтеков с ритуальными копьями и булавами, бездыханная девушка на руках и обжигающий газовый факел жертвенного очага за спиной… Вибрация действительно включилась сама собой, и он голыми руками раскидал двадцать человек совсем не худых воинов ритуальной стражи. Кроша ребра и сминая черепа прикосновением раскрытой ладони.

С помощью той же силы гипербореи поднимаются в воздух, но как ею воспользоваться землянину?

– Ладно, допустим, – не унимался Филиппыч. – А второй раз? Ты говорил, что был второй раз во время той драки с ящерами.

– Был… – Павел, конечно же, помнил и этот эпизод.

Горящий переулок, изувеченный шагающими танками инков, и атакующий ящер с пастью, усаженной дюймовыми клыками… А вместо доброго лучемета в руках лишь случайно подобранный гиперборейский меч.

– Дело не в стрессе, Семен, – Павел качнул головой. – И не в адреналине. Когда меня убивали в Патомском кратере, никакой вибрации не возникло.

– Тогда бы ты не смог стрелять, – отозвался Филиппыч.

– Может быть. Но для рукопашной тоже был хороший момент.

– К тому времени тебя уже ранили, – не унимался Семен.

– Сейчас тоже, – напомнил Павел. И потряс забинтованной рукой.

– Сейчас ты поцарапан, – произнес вдруг Потапов с крыши. – А если дело все же в адреналине, то…

Он осекся, внимательно осмотрел сначала Павла, который уже не ждал ничего хорошего, потом заинтригованного Филиппыча. И все же закончил:

– То сарай для этого слишком низкий.

До Павла доходило целую секунду. Потом он решительно поднялся с матрасов.

– Я, конечно, авантюрист, Шеф. Но не самоубийца. С небоскреба прыгать не намерен!

– А если с парашютом? – ухватился Семен. – Чтобы дернуть в последний момент. А?

– С парашютом не сработает, – качнул головой Потапов. – Не будет состояния обреченности.

– Сергей Анатольевич, вы изверг, – проворчал вдруг Федор. В затею с крыльями он верил слабо и потому, страхуя внизу сигающего с крыши Павла, по большей части отмалчивался. Даже после того, как об его голову в конце концов сломалось гиперборейское крыло.

– Для пользы дела я готов быть даже извергом, – мрачно подтвердил Потапов. – Но сейчас я не уверен, что польза будет.

– Тогда спросили бы вы лучше гиперборея, как там у них с канализацией, – сообщил Федор тем же тоном.

С открытым ртом Филиппыч снизу вверх посмотрел на Шефа. Тот ответил ему таким же взглядом.

– Ну, выхода в здание, конечно, нету, – неуверенно произнес Семен. – Чай, не Америка, где банки через унитаз грабят…

– И не нужно, – отрезал Шеф. – Был бы туннель рядом, Градобор выход сделает.

И не дожидаясь других возражений, он полез за трубкой.

Павел тяжело вздохнул и, почесывая свежие синяки, повернулся к Федору:

– Четыре часа насмарку.

– Ну, вот такой я тупой, – тот развел руками. – Раньше не подумал.

Подземный ход рядом с фундаментом корпуса был. Это Градобор знал доподлинно, еще во времена заселения Ассамблеи рудокопы Общины проверили пару подвалов, найдя их весьма скромными и совершенно безопасными с точки зрения проникновения. Не подвалы даже, а комнаты – электрощитовая и канализационно-насосная. В трех метрах грунта от щитовой проходил какой-то коммуникационный тоннель землян. От него ветвился совсем уже тонкий канал – фактически труба, через которую в корпус тянулись толстенные электрические и потоньше – телефонные кабели. Забито было плотно, строго говоря, не проскочила бы и крыса. Для верности рудокопы потратили еще пару мешков цемента, окончательно залив щели, и успокоились. Причем не напрасно. Если уж кому-то приспичило бы, то проникнуть на этаж можно было куда более простыми способами, чем подкоп с последующим проломом бетонной стены. Если только сами гипербореи не пожелали бы обратного…

Как войти в тоннель, Градобор не знал. Соединяется ли ход с городским подземным хозяйством или является локальной кабельной системой фабрики – не знал тоже. Зато пообещал что-нибудь придумать с тремя метрами грунта… После чего неожиданно замолчал, и, похоже, на этот раз окончательно. Трубка Потапова была заряжена «по горлышко», разрыв связи можно было объяснить лишь… Собственно, лишь разрывом связи.

– Ну, хоть на этом спасибо, – проворчал Шеф, складывая трубку.

Вернувшийся с каким-то чудом в перьях Евгений Саныч истово кивнул, уловив главное – прыгать с крыши в парадных крыльях, похоже, никто больше не собирается.