"Той же силой, что сразила тебя, я тоже буду сражен, и меня тоже съедят или используют.

Ведь тот же закон, что отдал тебя в мои руки, отдаст и меня в еще более могучие руки.

И твоя, и моя кровь – это только сок, которой питает дерево рая".

И когда под твоими зубами хрустит яблоко, скажи ему в своем сердце:

"Твоим семенем будут жить в моем теле, И бутоны твоего завтра расцветут в моем сердце,

И аромат твой будет в моем дыхании, И вместе мы будем радоваться снова и снова всем временам года".

И осенью, когда вы собираете виноград со своих виноградников для виноградного пресса, скажите в своем сердце:

"Я тоже только виноградник, и мои плоды тоже соберут для виноградного пресса,

И, как молодое вино, меня спрячут в амфоры вечности".

И зимой, когда откроете это вино, пусть в вашем сердце будет песня для каждой чаши;

И пусть в этой песне будет память о тех осенних днях, и о винограднике, и о виноградном прессе.

О Труде

Тогда пахарь произнес: Скажи нам о Труде.

И он ответил, говоря:

Вы работаете, чтобы быть вместе с землей и душой земли.

Ведь бездельничать – значит стать чужим временем года и выпасть из течения жизни, – течения, что движется величаво в бесконечность в гордом преклонении пред ней.

Когда вы работаете: вы становитесь флейтой, в сердце которой шепот часов превращается в музыку.

И кто из вас хотел бы стать тростником, немым и молчаливым, когда все остальное поет в унисон?

Вам всегда говорили, что работа – это проклятие и физический труд – это несчастье.

Но я скажу вам, что когда вы работаете, вы осуществляете часть самой заветной мечты земли, порученной вам, когда эта мечта только лишь родилась,

И, занимаясь трудом, вы по-настоящему любите жизнь,

Потому что любить жизнь через труд – значит близко узнать самые сокровенные секреты жизни.

Но, если вы в своих муках боли называете рождение – бедствием и работу для поддержания тела – проклятием, написанным на вашем лбу, тогда я скажу вам, что только в поте лица смоете вы то, что там начертано.

Вам говорили, что жизнь – это тьма, и в своей усталости вы повторяли то, что было сказано раньше усталыми.

И я говорю, что жизнь – это действительно тьма, пока не проснется стремление,

Но любое стремление слепо, пока нет знания,

Но и знание любое бесполезно, пока нет труда,

Но и труд любой пуст, пока нет любви;

И только когда ты с любовью работаешь, ты соединяешь себя с собой, и с другими людьми, и с Богом.

А что такое трудиться с любовью?

Это ткать ткань из ниток, тянущихся из своего сердца, так, будто твоя возлюбленная собирается носить эту ткань.

Это строить дом с любовью, так, будто твоя возлюбленная будет жить в этом доме.

Это бросать семена с нежностью и собирать урожай с радостью, будто твоя возлюбленная будет есть эти плоды.

Это значит наполнять все вещи, которые ты делаешь, дыханием твоей души.

И знать, что все великие мертвые стоят рядом и смотрят.

Часто я слышал вас как бы говорящими во сне: "Тот, кто работает с мрамором и находит форму своей души в этом камне, благородней того, кто пашет землю.

И тот, кто берет радугу, чтобы положить ее на холст на радость людям, – больше, чем тот, что делает сандалии для наших ног".

Но я отвечу, и не во сне, а всей ясностью ума середины дня, что ветер говорит с огромными дубами так же нежно, как и с самыми маленькими стебельками травы; И велик тот, кто превращает голос ветра в песнь, что стала слаще от его собственной любви.

Труд – это любовь, которая видима.

И если ты можешь трудится без любви, а лишь с отвращением, будет лучше, если ты оставишь работу, и сядешь у ворот храма, и будешь просить милостыню у тех, кто работает с радостью.

Потому что, если ты печешь хлеб с безразличием, ты печешь горький хлеб, который насыщает только наполовину.

И если ты давишь виноград с неохотой, твоя неохота перегоняется в яд в твоем вине.

И если ты поешь даже как ангел, но любви нет в твоем пении, ты только заглушаешь голоса дня и голоса ночи в ушах других людей.

О Радости и Печали

И тогда женщина сказала: Скажи нам о Радости и о Печали.

И он ответил так:

Твоя радость – это твое горе без маски.

Ведь тот же самый колодец, из которого поднимается твой смех, был часто заполнен твоими слезами.

И разве может быть иначе?

Чем глубже твое горе проникло в тебя, тем больше и радости может вместится в тебя.

Разве не та же чаша, что содержит твое вино, обожглась когда-то в печи гончара?

И разве лютня, услаждающая твой дух, не то самое дерево, которое страдало под ножами резчиков?

Когда ты радуешься, загляни глубоко в свое сердце, и ты обнаружишь, что только то, что приносило тебе печаль, дает тебе и радость.

И когда тебе горько, загляни снова в свое сердце, ты увидишь, что в действительности ты плачешь о том, что было твоей радостью.

Кто-то из вас может сказать: «Радость больше, чем печаль», а другие скажут: «Нет, горе больше».

Но я скажу вам: Они неразлучны.

Вместе пришли они, и когда одна из них сидит с тобой за столом – помни, другая спит на твоей кровати.

Действительно, как стрелка весов, ты колеблешься между горем и радостью.