Это звучало жалко — формально и высокопарно. Адам слабо улыбнулся, посмотрел на сидящую в машине Челси, затем снова сосредоточился на Кенте, и улыбка исчезла.

— Кто оставил письмо?

Кент молчал. Единственные инструкции, которые он получил от ФБР, — скрывать свои подозрения относительно личности убийцы Рейчел Бонд.

— Кент? — Адам слегка склонил голову набок.

— Не знаю.

— Чушь, — бросил Адам, и резкость его тона заставила Бет спуститься к ним. Он посмотрел через плечо Кента, увидел ее. Какое-то время они пристально смотрели друг на друга, а Кент словно застыл в перекрестье их взглядов.

— Расслабься, — сказал Кент, сам не зная, к кому обращается, к жене или брату.

— Солтер сказал мне, что парень, оставивший письмо, был из числа твоих тюремных приятелей. И он был в моем доме. Скажи мне, Кент, кто он.

— Я даже не разговаривал с Солтером.

— Конечно. Ты разговаривал с ФБР.

Значит, он и это знает… Кент не мог сказать, какие детали раскрыли Адаму; очевидно только, что его напрямую не спрашивали о Клейтоне Сайпсе. Он сделал глубокий вдох и сказал:

— Адам, прости меня. За все. Но тебе нужно пойти домой, успокоиться и не ввязываться в неприятности. Ты тут не…

— Он убил ее, сукин ты сын. — Голос Адама становился громче, но не быстро, не срываясь на крик; это был неуклонный подъем к пику ярости. — По крайней мере, я признаю́, что отправил ее к ней, но ты привел его сюда. Как ты собираешься с этим жить? Снова будешь молиться с ним, Кент? Он надел пакет на голову девочки и смотрел, как она умирает, ты это понимаешь? Ты…

Он уже вытащил руки из карманов и сжал кулаки, как вдруг остановился. Ярость — готовые сорваться слова или удары — быстро угасла, как угли под дождем. Кент увидел эту перемену и проследил за его взглядом.

Лайза проснулась. Она стояла на верхней площадке лестницы, с затуманенными, но тревожными глазами, и смотрела на них. На своего дядю.

— Бет, — прошептал Кент, но та уже подбежала к дочке и подталкивала ее к двери спальни, шепча, что всё в порядке. Когда Кент вновь посмотрел на брата, тот уже уходил.

— Подумай о них. — Адам махнул в сторону жены и дочери Кента. — Я знаю, во что ты веришь, Кент, я знаю ход твоих мыслей, знаю, кому ты поверишь — Солтеру и ФБР. И знаю, что ты смотришь на меня и видишь… черт, я даже не представляю, что ты видишь. Но могу точно сказать, что это неправда. А вот я думаю о том, что должен думать ты. Я отвечу за то, что сделал. И ты тоже.

В словах Адама не было злости. Его взгляд по-прежнему был прикован к тому месту, где только что стояла Лайза, и он выглядел таким несчастным и растерянным, каким Кент его никогда на видел.

— Мы оба ответим за это, — сказал он, повернулся, сошел с крыльца и направился к «Корвету».

27

Кенту приходилось следить за собой — в частности, за манерой выражаться. Язык спортивной раздевалки был продуктом тестостерона, нервов и мужской конкуренции. Всегда был и всегда будет. Кент, который сам все детство провел в спортивных раздевалках и чей отец был одним из самых больших сквернословов, которых он встречал — «Весь секрет в глаголах, парни. Все используют прилагательные, но вы должны найти уникальный глагол», — хотел очистить свою раздевалку от этой скверны. Начал с того, что запретил себе распускать язык, но это оказалось гораздо труднее, чем он мог предположить. Кент вырос на брани; она стала у него рефлексом.

В то утро он дошел до «беспонтового хера» и уже был готов пустить в дело уникальный глагол, когда увидел в двери голову сына. Кент умолк на полуслове, не закончив предложение, и это было плохо, поскольку подобная тирада могла бы впечатлить тренеров, не ожидавших такого. Впрочем, сына тоже, но он хотел уберечь его от этого как можно дольше.

— Папа?

— Извини, приятель. Я в порядке. У нас все хорошо.

Но руки под кухонным столом, где их не мог видеть Эндрю, были сжаты в кулаки, а когда он вдохнул, воздух со с свистом прошел через стиснутые зубы.

Арест попал на первую страницу газеты. Кенту не стоило удивляться — теперь Чамберс не был богат на громкие события. Его непобедимая команда средней школы и Рейчел Бонд. Естественно, все связанное с ней попадало на первою страницу.

Но он не ожидал увидеть фотографию.

На снимке Адам был в наручниках, с опущенной головой; по бокам два копа, а прямо перед ним у патрульной машины стоял третий полицейский, прижимая к своему лицу окровавленное полотенце.

МЕСТНЫЙ ПОРУЧИТЕЛЬ ПОД ЗАЛОГ АРЕСТОВАН ПОСЛЕ ОБЫСКА, СВЯЗАННОГО С УБИЙСТВОМ БОНД

Житель Чамберса 40-летний Адам Остин был арестован по обвинению в нападении на полицейского, воспрепятствованию правосудию и побоях после того, как в рамках расследования убийства 17-летней Рейчел Бонд полиция попыталась обыскать дом местного поручителя под залог. В полиции сообщили, что Адам Остин, брат футбольного тренера из средней школы Чамберса, Кента Остина, не подозревается в убийстве, но, по словам Стэна Солтера из отдела полиции Чамберса, его профессиональные контакты с девушкой «представляют определенный интерес».