Он сделал неловкое движение кисточкой и уронил ее в голову дракона, потом встал, но говорившего не увидел. Лео оглянулся. Снег и химическая слизь из туалетов, даже сам асфальт расплылись, словно превратились в жидкость. Площадь шириной в десять футов образовала глаза, нос и рот — гигантское лицо спящей женщины.

Она не то чтобы говорила — губы ее не двигались. Но Лео слышал ее голос у себя в голове, словно вибрации проходили сквозь землю прямо в его ноги и эхом отдавались в скелете.

«Ты им отчаянно нужен, — сказала она. — В некотором смысле ты самый важный из этой семерки — как контрольный диск в голове дракона. Без тебя вся сила остальных не имеет значения. Они никогда не доберутся до меня. Никогда не остановят меня. И я проснусь окончательно».

— Ты… — Лео так трясло, что он не был уверен, произнес это вслух или нет. Он не слышал этого голоса с восьми лет, но не сомневался: это она — земляная женщина, та, что он видел в заводском цеху. — Ты убила мою маму.

Лицо шевельнулось. Губы скривились в медленную ухмылку, словно она видела какой-то сладкий сон.

«Ах, Лео. Я ведь тоже твоя мать — Первая мать. Не враждуй со мной. А теперь уходи. Дай моему сыну Порфириону подняться и стать царем. И тогда я облегчу твое бремя. Ты с легкостью будешь идти по жизни».

Лео схватил ближайшее, что оказалось под рукой, — сиденье от унитаза — и швырнул его в это лицо.

— Оставь меня!

Сиденье ушло в жидкую землю. Захлюпали снег и слизь, и лицо растворилось.

Лео уставился в землю, ожидая, что лицо появится снова. Но оно не появилось. Лео предпочел думать, что ему это привиделось.

Потом он услышал какой-то звук со стороны склада, словно столкнулись два грузовика. Металл скрежетал и стонал, и этот звук эхом разносился по двору. Лео сразу же понял, что Джейсону и Пайпер грозит опасность.

«А теперь уходи», — только что сказал ему голос.

— Ну уж нет! — прорычал Лео. — Дай-ка мне самый большой молоток, какой у тебя есть.

Он залез в пояс и вытащил оттуда трехфунтовый двусторонний молоток с одним заостренным концом. Соскочил со спины дракона и побежал в направлении склада.

XXIV

ЛЕО

Лео остановился у дверей, чтобы перевести дух. Голос земляной женщины все еще отдавался в его ушах, напоминал о гибели матери. Меньше всего ему хотелось нырять в еще одно темное заводское помещение. Внезапно он снова почувствовал себя восьмилетним мальчиком, одиноким и беспомощным, а те, кто был ему небезразличен, оказались в ловушке и в беде.

«А ну прекрати, — сказал он себе. — Именно это ей и надо — чтобы ты так себя чувствовал».

Но страх никуда не делся. Лео глубоко вздохнул и заглянул внутрь. Все вроде было как раньше. Серый утренний свет просачивался сквозь дыру в крыше. Несколько лампочек тускло светило, но большая часть пола была погружена в темноту. Он разглядел мостки наверху, нечеткие очертания тяжелого оборудования вдоль сборочной линии, но никакого движения. Его друзей нигде не было видно.

Лео хотел было окликнуть ребят, но что-то остановило его… И потом он понял: это запах. Какой-то неправильный — вроде горелого моторного масла и дурного запаха изо рта.

В помещении находилось нечто, не принадлежащее роду человеческому. Лео был в этом уверен. Его тело переключилось на самую высокую скорость, все его нервы были натянуты.

Откуда-то с нижнего уровня раздался голос Пайпер:

— Лео, помоги!

Но Лео придержал язык. Как могла Пайпер с ее сломанной лодыжкой спуститься с мостков?

Он проскользнул внутрь и нырнул за контейнер. Медленно, сжимая молоток в руке, двигался он к середине помещения, прячась за ящиками и шасси грузовиков. Наконец он добрался до сборочной линии и присел за ближайшим узлом — краном с рукой-манипулятором.

— Лео? — снова раздался голос Пайпер.

На это раз голос прозвучал менее уверенно, но где-то совсем рядом. Прямо над сборочной линией на цепи со стрелы крана свисал здоровенный двигатель — болтался себе в тридцати футах над полом, словно его оставили там с того времени, когда завод еще не был закрыт. Под ним на конвейере стояло шасси грузовичка, а вокруг него находились три темные формы размером с вильчатый погрузчик каждая. Неподалеку на двух других автоматизированных стрелах-манипуляторах висели какие-то предметы поменьше — может быть, тоже двигатели, только один из них дергался, как живой.

Потом один из вильчатых погрузчиков пришел в движение, и Лео понял, что это гуманоид большого размера.

— Я же тебе сказал: показалось, — проворчало это существо.

Голос был низкий и грубый — он не мог принадлежать человеку.

Потом пришел в движение второй погрузчик. Голосом Пайпер он проговорил:

— Лео, помоги мне! Помоги… — Потом голос изменился, перешел в мужской рык. — Да, никого. Ни один полубог не может вести себя так тихо.

Первый монстр рассмеялся:

— Убежал, наверное, если понимает, что для него хорошо, а что плохо. Или девчонка соврала насчет третьего полубога. Ну, давай начнем готовить наше блюдо.