Хиона повела рукой, и клетка обросла ледяной коркой, пространства между земляными щупальцами оказались заделаны.

— Так-то лучше, — сказала ледяная принцесса. — А теперь, полубоги, что касается вашей смерти…

— Это ты обманом завлекла сюда Геру, — догадался Джейсон. — Это ты подбросила Зевсу идею закрыть Олимп.

Волки зарычали, духи грозы завыли, готовые броситься в атаку, но Хиона подняла руку:

— Терпение, мои дорогие. Если он хочет поговорить, в чем проблема? Солнце заходит, а время работает на нас. Конечно, Джейсон Грейс. Мой голос как снег — тих, мягок и очень холоден. Мне легко нашептывать другим богам, в особенности если я только подтверждаю их собственные тайные страхи. Я нашептала Эолу, что он должен издать приказ, предписывающий убивать полубогов. Это маленькая услуга Гее, но я уверена, что буду вознаграждена, когда к власти придут ее сыновья — гиганты.

— Ты могла бы убить нас в Квебеке. Почему же ты не сделала этого?

— Убивать вас в доме моего отца? Ну уж нет. — Хиона сморщила носик. — Столько суеты… В особенности если он настаивает на том, чтобы принимать всех посетителей. Но я все же попыталась — ты помнишь. Было бы здорово, если бы он согласился превратить вас в лед. Но когда он гарантировал вам свободный проход, я не могла его ослушаться. Мой отец — старый дурак. Он живет в страхе перед Зевсом и Эолом, но все же не лишен могущества. Очень скоро, когда пробудятся мои новые хозяева, я низложу Борея и сяду на трон северного ветра. Но пока еще рано. И потом, в том, что делает мой отец, есть резон. Ваш поиск с самого начала был самоубийственным. Я не сомневалась в вашем поражении.

— И чтобы помочь нам в этом, ты сбила нашего дракона с неба над Детройтом. Замерзшие провода в его голове — это ведь твоих рук дело. Ты заплатишь за это!

— И ты же сообщала о нас Энкеладу, — добавила Пайпер. — На всем пути нас преследовали снежные бури.

— Да, я чувствую, что всех вас достала! — усмехнулась Хиона. — Когда вам удалось выбраться из Омахи, я решила попросить Ликаона загнать вас сюда, чтобы Джейсон смог умереть здесь, в «Волчьем доме». — Хиона улыбнулась ему. — Понимаешь, Джейсон, твоя кровь прольется на эту священную землю и осквернит ее на много поколений вперед. Ваше братство полубогов придет в бешенство, когда они найдут тела этих двоих из Лагеря полукровок. Они поверят, что греки вступили в заговор с гигантами. Это будет… замечательно!

Пайпер и Лео, казалось, не понимали, о чем она говорит. Но Джейсон знал это. Его воспоминания уже в достаточной мере вернулись к нему, и он представлял в полной мере, насколько эффективным и ужасным может стать план Хионы.

— Ты настроишь одних полубогов против других! — вскричал он.

— Это так просто! Я тебе уже говорила: я только подталкиваю тебя к тому, что ты все равно бы сделал.

— Но для чего? — Пайпер развела руками. — Хиона, ты ведь погубишь мир. Гиганты уничтожат все. Тебе это не нужно. Убери своих монстров.

Хиона помедлила, потом рассмеялась:

— Твой способности убеждать возрастают, девочка. Но я богиня. Твое заговаривание против меня бессильно. Мы, боги ветров, принадлежим хаосу! Я сброшу Эола и освобожу грозы. Если мы уничтожим мир смертных — тем лучше! Они меня никогда не почитали. Даже во времена древних греков люди с их разговорами о глобальном потеплении… Тьфу! Я очень быстро их остужу. Потом мы займем древние места, я покрою снегом Акрополь.

— Древние места… — Глаза Лео расширились. — Вот что имел в виду Энкелад, когда говорил об уничтожении корней богов. Он имел в виду Грецию.

— Ты мог бы присоединиться ко мне, сын Гефеста, — предложила Хиона. — Я знаю, ты считаешь меня прекрасной. Мне будет достаточно, если умрут только эти двое. Отвергни ту смешную судьбу, которую дали тебе парки. Живи и стань моим защитником. Твое мастерство может быть полезным.

Лео смотрел на нее ошеломленным взглядом. Он оглянулся, словно Хиона обращалась к кому-то другому. На секунду Джейсона охватило волнение. Он подумал, что не каждый день красавицы богини делают Лео такие предложения.

Но тут Лео рассмеялся так, что аж пополам сложился.

— Да. Присоединиться к тебе. Отлично! Пока я тебе не надоем и ты не превратишь меня в Лео-ледышку. Слушай, никому, кто убивает моих драконов, это не сходит с рук. Я даже понять не могу, как это мне показалось, что ты такая горячая девчонка.

— Горячая? — Лицо Хионы покраснело от гнева. — Ты смеешь меня оскорблять? Я холодная, Лео Вальдес. Очень, очень холодная.

Она пустила в ребят порыв ветра со льдом, но Лео поднял руку. Перед ними возник огненный шар, и снег растворился, образовалось облако пара.

— Ну, ты видишь, что происходит со снегом в Техасе? — ухмыльнулся Лео. — Он тает, к чертям собачьим.

— Ну, хватит, — зашипела Хиона. — Гера гибнет. Порфирион поднимается. Убейте полубогов. Пусть они станут первым блюдом для нашего царя!

Джейсон вскинул обледеневшую доску — нет ничего глупее, чем погибнуть, сражаясь таким оружием, — и чудовища бросились на них.

L

ДЖЕЙСОН