Товарищи из организации всегда доверяли ему, поддерживали его и частенько закрывали глаза на его слабые стороны. В организации понимали, под каким давлением работают такие оперативники, как он, поэтому им всегда делались поблажки. За ним присматривали, давали отдохнуть, если было нужно, обеспечивали водкой и так далее. В основном он работал по Москве. Его хорошо знали в Бутырке, на Лубянке и в Лефортово. Коллеги не относились к нему с презрением за то, что он делал. Наоборот, они понимали, что такие специалисты, как он, в их деле нужны. На обычном допросе кололись не все, поэтому в более сложных случаях прибегали к его помощи. Он мог разобрать заключенного по кусочкам, а потом снова собрать для того, чтобы продолжать издеваться. Он был всего лишь винтиком в большой машине, где работа всего механизма зависит от каждой отдельной детали. Это был принцип советской власти в действии: все должно быть под контролем, недостижимых целей не бывает.

Странно, что сейчас от него требовали все делать тихо. Наверное, сменили тактику. Ему приказали оставить изувеченное тело девушки на алтаре. Скорее всего, это было публичное послание для кого-то — иначе к чему все это? И ему до сих пор не давала покоя девушка. Его преследовал ее образ, ее предсмертный взгляд. Он постоянно вырывался из глубин подсознания, и лишь большим усилием воли он прогонял его от себя.

Перед ним снова возник образ девушки, этот умиротворенный взгляд, которым она поразила его тогда, перед смертью. И только сейчас ему пришло в голову, что все это может быть не санкционировано свыше, — и у него потемнело в глазах. Он в опасности, он работает без прикрытия. И если все раскроется, охотиться будут уже за ним. Он со страхом прокручивал в голове эти мысли. Он выполнял приказ, доверяя высокопоставленным чинам, как всегда, — ничего особенного. Он вспомнил о сыне, который спокойно спал в соседней комнате, беззаботно рассыпав по подушке белокурые локоны, и решил, что в нем говорит усталость. Нет, ему только показалось, что девушка с мягкими бездонными глазами прокляла его тогда.

Он вылил остатки водки в стакан и выпил до дна.

Глава 13

На следующее утро Королев, выходя со двора, заметил, что у въезда был вытоптан снег. В арке на земле лежали три папиросных окурка и пустая скомканная пачка «Беломорканала» Он не стал поднимать их и прошел мимо. В конце концов, это ни о чем не говорит. Даже если кто-то стоял здесь прошлой ночью, где доказательства, что именно Королев был объектом внимания этого человека? Он уткнулся подбородком в воротник и выбросил эти мысли из головы.