Читаем Пропаганда полностью

Далее идут комментарии Хачатряна.: «Это мой разговор с Солодкиным Александром Наумовичем, который имел место в 1999 году перед покушением на меня, точную дату не помню. Он мне позвонил на мой мобильный телефон и предложил встретиться у него в офисе на Серебренниковской, 23. Во время разговора по телефону я еще не знал, о чем он хочет со мной поговорить, я подумал, что он просто хочет встретиться по какому-то делу, учитывая, что на тот период с Солодкиным А. Н. у меня были нормальные, ровные отношения. Как я уже говорил в моих предыдущих показаниях, по моему прибытию в офис Солодкина А. Н., вместе с ним находились незнакомые мне в то время лица в количестве около 6 – 7 человек. Как я узнал позже, это были представители ОПС „Трунова“: Радченко Анатолий Леонидович, Ганеев Хасан; ОПС „Первомайское“: Старых Андрей и иные лица, которых я не знаю. Они заявили, что если я хочу продолжать работать на „Барахолке“, то должен платить преступным сообществам. Я сразу отказался, после чего Солодкин А. Н. увёл меня в другой кабинет, где попытался уговорить платить деньги. Я заявил, что могу подумать, если мне вернут мой участок на Гусинобродском шоссе, который незаконно отобрали. Далее мы вернулись обратно, где я повторил моё требование, на что мне присутствующие, в том числе и Солодкина А. Н. заявили, что не смогут вернуть мой участок, после чего я категорически отказался что-либо платить и ушёл».

Разговор, что называется «в масть». Солодкин вызывает к себе Хачатряна на стрелку с Новосибирскими бандитами. Человек, которого Хачатрян считал другом, выступает на стороне рэкетиров и склоняет предпринимателя к ежемесячной выплате 40 тысяч долларов в карман криминальных группировок. После этого, Хачатрян уезжает, а все его переговоры по телефону пишутся.

И что? А то, что это два часа совершенно спокойного общения. Хачатрян договаривается о кредите;

– назначает и отменяет свидания дамам;

– звонит авторитету Акеньшину;

– мило общается с заместителем торгового управления мэрии Надеждой Сударевой;

– интересуется у снохи: как дети и есть ли чего перекусить, если он заскочит;

– принимает пару звонков от своего адвоката, судя по всему, по поводу каких-то документов;

– шутит с массажистом Виталием Семеновичем;

– интересуется новостями у покойного заместителя мэра Пугачева;

– выслушивает жалобу по поводу какой-то криминальной машины, приобретённой через некоего Ждана (судя по всему директора рынка «Тензор» Жданова) из-за которой возбудили уголовное дело;

– согласовывает время встречи с депутатом от ЛДПР Старковым, и т. д. и т. п. И ни одного слова о только что случившемся бандитском наезде. Более того со Старковым происходит следующий диалог:

Виктор Старков.Фрунзик Кярамович, как у Вас жизнь?

Фрунзик Хачатрян.Да так, местами (не разборчиво)

Виктор Старков.Ну, это нормально. Самое главное, чтобы никаких изменений в худшую сторону не было.

Фрунзик Хачатрян.Да пока нет.

Потерпевший – само спокойствие. Ладно, вываливать эмоции на посторонних людей настоящий джигит не станет. Но Хачатрян говорит по телефону со своими сыновьями, которые являются ближайшими партнёрами по бизнесу. И ни звука о возникшей проблеме.