Читаем Пропаганда полностью

Однако зачастую политик не знает, что означают эти звуки, говорят ли они о поверхностных событиях или о потрясении основ. Тогда приходит очередь пробного шара. Например, политик дает прессе анонимное интервью. Затем он ждет отклика от общественности – той самой общественности, которая поднимает голос на митингах, выносит резолюции, отправляет телеграммы или даже делает заявления в редакторских колонках газет того или иного политического лагеря. Получив отклик, политик публично заявляет о своей позиции, которую успел проверить, или отказывается от нее, или видоизменяет так, чтобы она больше соответствовала полученному общественному мнению. Этот метод произошел от политического зондирования, с помощью которого во время войны дипломаты выясняли, как отнесется враг к идее перемирия, а также проверяли другие распространенные тенденции. Политики часто используют этот метод, прежде чем выступить с какой-либо законодательной инициативой, а правительство применяет его перед тем, как заявить о дальнейшей внутренней или внешней политике.

Использование этого метода неоправдано. Если политик является настоящим лидером, то с помощью умело организованной пропаганды он сумеет повести людей за собой, а не плестись за ними следом, отыскивая путь методом проб и ошибок.

Подход, используемый пропагандистом, диаметрально противоположен описанному. Чтобы вести хорошую пропаганду, требуется четкая цель и достаточно энергии, чтобы добиться ее, используя при этом точную информацию о публике и изменяя обстоятельства так, чтобы управлять общественностью и склонять ее к своей точке зрения.

«Задача политика, – говорит Джордж Бернард Шоу, – заключается в том, чтобы с математической точностью выражать волю народа».

Нынешний политический лидер должен отлично разбираться как в технике пропаганды, так и в политэкономии, и в гражданском праве. Если лидер олицетворяет собой средний уровень умственного развития своих избирателей, в политике ему делать нечего. Если мы живем в демократическом обществе, где стадо и группа следуют за тем, кого считают вожаком, почему не учить будущих лидеров технике лидерства и его этическим принципам?

«Когда пропасть между интеллектуалами и рабочим классом слишком велика, – пишет историк Бокль, – первые не будут иметь влияния вовсе, вторые же от этого отнюдь не выиграют».

В нашей сложной современной цивилизации мостиком через эту пропасть становится пропаганда.

Только с помощью мудрой пропаганды наше правительство – группа людей, осуществляющая постоянное управление страной, сможет поддерживать необходимую в условиях демократического общества связь с народом.

Как сказал недавно в своей речи Дэвид Лоуренс, нашему вашингтонскому правительству требуется специальное бюро толкований. Да, при госдепартаменте существует, конечно, бюро периодической информации, и поначалу во главе его стояли опытные газетчики. Но затем на эту должность стали назначать сотрудников дипломатической службы, людей, которые практически ничего не знали о народе. И хотя некоторые из них прекрасно справлялись с работой, господин Лоуренс заявил, что в долгосрочной перспективе страна лишь выиграет, если функции этого учреждения будут выполняться людьми иного типа.

Я считаю, что государственному секретарю требуется специальный помощник, не понаслышке знакомый с передачей информации в прессу. Этот помощник будет консультировать государственного секретаря и будет иметь авторитет, достаточный для того, чтобы убедить секретаря огласить информацию, для сокрытия которой нет серьезных причин.

Функции пропагандиста отнюдь не ограничиваются простой передачей информации в прессу. Правительству США следовало бы учредить должность секретаря по отношениям с общественностью и включить этого секретаря в состав кабинета президента. Обязанности секретаря заключались бы в том, чтобы корректно разъяснять цели и идеалы Америки мировой общественности и оповещать граждан США о различных шагах правительства и об их причинах. Вкратце говоря, этот сотрудник объяснял бы людям все про правительство, а правительству – все про людей.

Этот секретарь не был бы ни пропагандистом, ни пресс-секретарем в обычном смысле этого слова. Он был бы скорее опытным техником, который может быть полезен при анализе господствующих в обществе настроений и тенденций, чтобы правительство могло получать информацию о народе, а народ – информацию о правительстве. Это оказало бы серьезное положительное воздействие на связи США с Южной Америкой и Европой. Мы получили бы демократию под правлением интеллектуального меньшинства, умеющего управлять массами и направлять их.