Читаем Промах Мегрэ полностью

Он мог бы сделать это не прибегая к такому способу, но тогда вынужден был бы сказать о страхе, в котором жил.

Мадам Мегрэ пошевелилась, отбросила одеяло и внезапно воскликнула:

— Ты где?

Из своего кресла Мегрэ ответил:

— Здесь.

— Что ты делаешь?

— Курю трубку. Мне не спится.

— Ты что, так и не уснул? Который час?

Мегрэ зажег свет. Было десять минут четвертого. Он выбил трубку, снова лег в постель, надеясь, не особенно в это веря, вновь увидеть свой сон, и проснулся, только почувствовав запах свежего кофе. Что его сразу удивило, так это солнце, настоящий луч солнца, заглядывавший в комнату в первый раз по крайней мере за последние две недели.

— Ты не страдал лунатизмом сегодня ночью?

— Нет.

— Помнишь, как сидел в темноте и курил свою трубку?

— Да.

Он все помнил, свои рассуждения, но, к сожалению, не сон. Мегрэ оделся, позавтракал, дошел пешком до площади Республики, не забыв купить в киоске утренние газеты.

Вокруг себя он видел веселые лица. В воздухе уже не чувствовалось ни сырости, ни пыли. Небо было бледно-голубым. Тротуары и крыши домов уже высохли, только стволы деревьев оставались мокрыми.

«Фюмаль, мясной король…»

Утренние газеты повторяли информацию, напечатанную в вечерних, только с большими подробностями, с новыми фотографиями, включая и фотографию Мегрэ, который с хмурым видом, низко надвинув шляпу, выходил из дома на бульваре Курсель.

Один из подзаголовков ошарашил его:

«В день смерти Фюмаль просил защиты у полиции».

Где-то произошла утечка информации. Может, в министерстве, где многие должны были знать о телефонном звонке Фюмаля? Или же проговорилась Луиза Бурж, которую расспрашивали журналисты?

Или же, сам того не желая, проболтался кто-то из его инспекторов.

«За несколько часов до своей трагической гибели Фердинанд Фюмаль приехал на набережную Орфевр, где рассказал комиссару Мегрэ о серьезных угрозах в отношении его. Мы обладаем сведениями, что в тот самый момент, когда он был убит в своем кабинете, инспектор криминальной полиции дежурил у дома на бульваре Курсель».

О министре не упоминали, но между строк можно было прочитать, что Фюмаль пользовался большим политическим влиянием.

Комиссар медленно поднялся по главной лестнице, в знак приветствия помахал рукой Жозефу, ожидая услышать от него, что патрон хочет его видеть, но Жозеф ничего не сказал.

В кабинете на столе лежали отчеты, которые Мегрэ лишь бегло просмотрел.

Отчет судебно-медицинского эксперта подтверждал то, что комиссар уже знал. Действительно, Фюмаль был убит выстрелом в упор. Оружие находилось на расстоянии менее двадцати сантиметров, когда был произведен выстрел.

Пуля найдена в грудной клетке.

Эксперт по оружию был столь же категоричен. Этой пулей выстрелили из автоматического «люгера», подобного тому, который носили немецкие офицеры во время Второй мировой войны.

Телеграмма из Монте-Карло касалась миссис Бритт: это не ее видели за игорным столом, а одну голландку, которая была на нее похожа.

В коридоре раздался звонок, собиравший всех на совещание, и, вздохнув, Мегрэ направился в кабинет шефа, где пожал руки коллегам.

Как и ожидал, он оказался в центре внимания: лучше, чем кто бы то ни было, коллеги знали, в каком щекотливом положении он оказался, и весьма деликатным способом пытались выразить поддержку.

Что касается директора, то он сделал вид, что рассматривает это дело с оптимизмом.

— Есть новости, Мегрэ?

— Расследование продолжается.

— Вы читали газеты?

— Только что их просмотрел. Они будут удовлетворены только тогда, когда я произведу арест.

Пресса на него насядет. Это дело, в добавление к тайне исчезновения англичанки в самом центре Парижа, не послужит повышению престижа криминальной полиции.

— Я делаю все, что могу, — проговорил он со вздохом.

— Есть какие-нибудь версии?

Мегрэ пожал плечами. Разве это можно было назвать версиями? Затем каждый из присутствовавших рассказал о делах, которые ему были поручены. Расходясь, все бросали на Мегрэ взгляды, в которых сквозило сочувствие.

В кабинете комиссара ждал инспектор финансового отдела. Мегрэ слушал его вполуха, так как все еще пытался вспомнить свой сон.

Дела Фюмаля были гораздо более значительными, чем это могли представить журналисты. За несколько лет ему удалось создать почти настоящий трест мясной торговли.

— За этими операциями стоит некто обладающий просто дьявольским умом, — объяснил эксперт, — и имеющий глубокие юридические познания. Потребуются месяцы, чтобы разобраться в этом огромном количестве обществ и филиалов, которые сходились на Фюмале. Налоговая инспекция, без всякого сомнения, тоже займется этим.