Читаем Пролив в огне полностью

Ранним утром 14 мая перед фронтом обороны крепости появился передовой разъезд, а вслед за ним и один из полков 72-й кавалерийской дивизии генерал-майора В. И. Книги. Пока конники спешились и начали располагаться, в крепость прибыли еще два полка той же дивизии под общим командованием подполковника Б. С. Миллерова, заместителя командира дивизии. Сам же комдив, прославленный герой гражданской войны Василий Иванович Книга, как пояснил Миллеров, направился с эскадроном по дороге через Керчь на Еникале искать для дивизии переправу на Тамань.

72-я кубанская кавалерийская дивизия была боеспособна, находилась в конном строю со всем вооружением, имела положенное количество станковых пулеметов на тачанках, но артиллерии у нее не было. Состав ее, конечно, поредел в боях на Крымском фронте, но в каждом полку насчитывалось сабель по 400. По крепости засновали туда и сюда конники-связные, заалели верхами шапки-кубанки, запестрели красные и синие башлыки кубанцев.

Бравый внешний вид наших новых друзей-казаков действовал ободряюще, заставлял подтянуться. Да и впрямь теперь с таким солидным пополнением можно организовать устойчивую оборону крепости. Конникам, как полевым войскам, придется занять первую линию обороны, а части КВМБ отойдут во второй эшелон. За нами останутся фланги: рота 8-го батальона слева и флотский полуэкипаж — справа. Все эти части и подразделения должны подчиняться начальнику боевого участка майору Ф. И. Шитову. Своими планами я поделился с Миллеровым. Он воспринял мои слова как боевое распоряжение и тут же приказал командирам своих полков занять и оборудовать указанную позицию на переднем крае.

Внешне Миллеров был типичный кавалерист — худощавый, с отличной строевой выправкой. Он не расставался со своей кавказской шашкой, не любил тратить время на лишние рассуждения и расспросы и того же требовал от подчиненных. Подполковник рассказал мне, что 72-я кавалерийская дивизия — это цвет советского кубанского казачества, что формировалась она в большинстве из добровольцев и что в ее рядах находятся сыновья героев гражданской войны — два сына Пархоменко и сын Кочубея. Да я и сам видел: дивизия боевая, сплоченная, ее конники — лихие, обстрелянные ребята.

— Некоторым из наших рукой подать через пролив до дому, крыши хат видно, — объяснял Миллеров. — Многие [105] пришли в дивизию из Тамани и ближайших станиц — Фонталовской, Запорожской, Ахтанизовской, Вышестеблиевской. Так что будем драться до победы.

Мы спешно укрепляли позиции. 354-я инженерная рота продолжала минирование подступов к крепости. Было выставлено 1050 мин, треть из них — противотанковые. С этим управились к полудню. Одновременно полностью завершили расстановку сил первого и второго эшелона, наладили телефонную связь между подразделениями и командными пунктами. 46-й артдивизион наметил наиболее вероятные секторы обстрела на местности. Главной задачей у него было ведение огня по горизонту, где вот-вот должен был появиться противник, по наземным целям. Обороняющиеся части к бою готовы.

Утром 14 мая связь с Керчью прервалась. Часам к десяти стало известно, что гитлеровцы заняли бочарный завод, находившийся на юго-восточной окраине Керчи, в трех километрах от крепости. Данные об этом были получены после разведки боем в сторону бочарного завода. Ее проведение преследовало такие цели: установить связь с нашими войсками, оборонявшими Керчь, обнаружить противника и выяснить состав его сил. Выделенная из флотского полуэкипажа разведгруппа в составе двух взводов, руководимая испытанным разведчиком Н. Долиной, на подходе к бочарному заводу была встречена плотным пулеметно-минометным огнем вражеской пехоты. После активной перестрелки с ротой противника, усиленной огневыми средствами, разведчики отошли в крепость, унося с собой несколько раненых.

В течение предыдущих дней главным направлением отхода советских частей были Керчь и Еникале. Оставаясь в стороне от основных дорог, ведущих к побережью пролива, крепость не привлекала внимания гитлеровцев. Теперь же, когда противник вступил в Керчь, настал и наш черед встретиться с ним лицом к лицу.

В тот же день около полудня конные разъезды дивизии проводили разведку местности к западу, по центру и левому флангу обороны. Удалившись от крепости на два километра, они обнаружили на керченской шоссейной дороге, ведущей в крепость, группу противника численностью свыше батальона с танками. Была дана команда приготовиться к отражению атаки.

Первые залпы по наступающему неприятелю произвел 46-й артдивизион. Но огонь семи его орудий не остановил [106] продвижения противника, а лишь заставил его рассредоточиться в боевой порядок.