Читаем Пролив в огне полностью

Население Рыбачьего поселка, не страшась завязавшейся перестрелки, пришло на подмогу десантникам. Рыбаки указывали сейнерам подходы к берегу, помогали выгружать оружие и боеприпасы, а женщины взяли на себя заботу о раненых. Бесстрашные советские патриотки Вера Алексеева и Клавдия Васильева оказывали помощь раненым у себя на дому.

На Камыш-Бурунской косе и на подходах к ней, на суше и на море, разгорелся ожесточенный бой за овладение прибрежной полосой.

Следует сказать, что Камыш-Бурунская коса — это узкая песчаная полоса твердой земли длиной 3,5 километра и шириной 300—500 метров. Вокруг — вода и болото. Только [40] в южной части коса соединяется с Керченским побережьем Крыма. Местность — совершенно открытая. Окапываться бойцам можно на одну-две лопатки, а глубже — проступает грунтовая вода.

Уже рассвело, когда на косе высадили своих десантников еще три отряда первого броска. Места высадки противник подверг сильному обстрелу из орудий и минометов.

Вскоре сюда же, к Камыш-Бурунской косе, стали подходить три отряда второго броска десанта, по 4 сейнера в каждом (головной отряд под командованием старшего лейтенанта Г. И. Петровского); им также командир базы приказал идти к Камыш-Буруну вместо Эльтигена. Подходил отряд транспортов, состоявший из буксиров с баржами и сейнеров. Этот отряд был наиболее значителен по количеству людей и вооружения и составлял третий бросок десанта.

С нашей стороны высадочные средства на воде поддерживали катера-охотники и торпедные катера, действовавшие попарно при каждой подходящей к берегу группе судов. Огневую поддержку оказывала также плавбатарея № 4 Керченской ВМБ под командованием старшего лейтенанта Л. Д. Чулкова, выдвинутая по приказу контр-адмирала А. С. Фролова в пролив на траверзе Камыш-Бурунской бухты. Кроме того, по батареям противника теперь уже вела огонь наша дальнобойная артиллерия с таманского берега. Непосредственную огневую поддержку наступавшие подразделения получили позднее от батарей береговой обороны КВМБ и артиллерии 51-й армии, когда приняли более четкий боевой порядок и вызвали себе в помощь артиллерию. Применение авиации с нашей стороны было весьма ограниченным.

Действия охотников и торпедных катеров отличались смелостью и решительностью. Они успешно вели огонь из пушек и пулеметов по противодесантным огневым точкам противника на берегу, по вражеским автомашинам, подвозившим к месту боя пехоту, а также отражали налеты фашистских бомбардировщиков. Так, тремя катерами-охотниками было подавлено 13 только артиллерийских точек противника, что же касается пулеметных и минометных, то их учесть просто было невозможно.

Враг вел обстрел и с северного направления, со стороны мыса Ак-Бурун, где находилась Керченская крепость. Около 10 часов утра катер «МО-0100» почти одновременно получил два прямых попадания — артснарядом и сухопутной миной. Снаряд разорвался в кормовой части, на уровне [41] ватерлинии, поразив моторный отсек. Моторы вышли из строя, вспыхнул пожар, катер потерял ход. Были ранены старшина группы мотористов П. Андреев и моторист С. Волостных. Мина разорвалась на верхней палубе в носовой части катера, ранив пулеметчика К. А. Пономарева, комиссара отряда катеров Н. П. Попова и начальника политотдела базы К. В. Лесникова, находившегося рядом с наводчиком носового орудия В. Г. Сысоевым, который вел интенсивный обстрел позиций гитлеровцев. Ранение у Лесникова было тяжелым — в бедро, и, чтобы перевязать рану, боцман Мусихин разорвал на широкие ленты простыню. После ранения Константин Васильевич Лесников еще несколько часов находился на катере. Мужественный коммунист проявил выдержку и стойкость; непрерывно следя за ходом событий и обстановкой, он помогал сражавшимся советами. За участие в этом бою он был награжден орденом Красной Звезды.

Вместо выбывшего из строя К. В. Лесникова начальником политотдела КВМБ был назначен опытный флотский политработник, полковой комиссар Ф. В. Монастырский.

Между тем вся команда «МО-0100» самоотверженно боролась за живучесть своего катера. Комиссар отряда старший политрук Н. П. Попов, раненный в руку, несмотря на большую потерю крови, оставался среди бойцов, вселяя в них уверенность в успешном окончании боевой операции. В моторном отсеке раненый старшина П. Андреев вместе с тяжело раненным мотористом Сергеем Волостных сумели вовремя перекрыть все вентили бензомагистрали, подававшие топливо из бензобаков. Вместе с другими мотористами катера они под руководством инженер-капитан-лейтенанта М. А. Бессантина приложили немало усилий в борьбе с огнем, и вскоре пожар был затушен.