Читаем Проклятие ДНК полностью

– Так он же с нами не живет! Эдик – взрослый мальчик, у него есть девушка. Муж подарил старшему внуку шикарную квартиру, как только ему стукнуло восемнадцать, – там они и обретаются. Кстати, обнаружив мужа мертвым, я страшно испугалась и растерялась, поэтому сразу после звонка в полицию связалась с Эдиком. Он очень быстро приехал, я даже удивилась… Адвокату я тоже позвонила: не знаю, что бы я без него делала, ведь полиция шарила по всему дому, а у меня совершенно не было сил, чтобы за ними присматривать!

– А Роман Вагнер проживает в этом доме?

– Нет.

– С матерью?

– Да я понятия не имею, кто его мать! Карл и ему купил жилье… Вернее, отдал свою городскую квартиру. Я была против, ведь молодому парню ни к чему огромные хоромы в центре города, но муж меня не слушал! Если бы он не избаловал мальчишку, тот не сотворил бы того…

Луиза замолчала, и Лера видела, что ее прямо-таки душит гнев. На Романа или на покойного супруга? Очевидно, первый не относился к числу любимцев вдовы!

– Вы сказали, что не знакомы с матерью Романа, – сказала Лера, потому что Луиза продолжала хранить молчание. – Она что, умерла?

– Да откуда мне знать! – передернула плечами собеседница. – Если хотите знать, усыновление Романа было самой большой ошибкой, какую совершил в своей жизни мой муж!

– Так он что, не родной сын? – встрепенулась Лера.

– Нет, конечно! Вы не знали?

Олег либо забыл упомянуть об этом немаловажном факте, либо просто не знал: в конце концов, где можно добыть столь личную информацию – явно же не в глобальной Сети! Поэтому Лера только покачала головой.

– Что ж, если вам интересно… Карл усыновил Романа, когда тому было лет шестнадцать.

– Так поздно?

– Я тоже удивилась. От меня требовалось согласие на усыновление, ведь мы были женаты. Я не ожидала такого финта: выходя замуж за Карла, я поставила его в известность, что не хочу детей, и он согласился с моим выбором, ведь у него уже были сын и внуки! Поняв, что он настроен серьезно, я предложила для начала оформить опекунство, ведь неизвестно, что за наклонности у парня, а перевоспитывать его в случае чего будет поздно, но Карл остался непреклонен и, можно сказать, не оставил мне выбора – пришлось подписать бумаги. Муж пообещал, что мне не придется общаться с Романом, так как он поселит его в своей городской квартире и мы даже не будем пересекаться. Слово он сдержал, только вот я не могу понять, зачем было отдавать ему такую роскошную недвижимость – почему не купить что-нибудь попроще?! Однако Карл никогда не позволял кому-то диктовать ему условия или оспаривать его мнение!

– Получается, вы совсем не знаете вашего пасынка?

– Не то чтобы я стремилась к общению, однако Карл как будто бы намеренно старался держать нас подальше друг от друга. В принципе, я понимаю почему.

– И почему же?

– Вы что, вообще не разговаривали с вашим коллегой?

– Разговаривала, но он ни о чем таком не упоминал.

– Что ж, Роман, как бы это выразиться… не вполне нормален.

– Неужели?

Лера не так много общалась с подозреваемым, однако ей не показалось, что с ним что-то не так, – ну, если, конечно, не считать потери памяти, реальной или мнимой.

– У него имеется психиатрический диагноз, – подтвердила Луиза.

– Какой?

– Понятия не имею, это же врачебная тайна, а муж не распространялся на эту тему.

– Тогда откуда вы знаете…

– Роман периодически лежит в частной психиатрической клинике, куда устроил его Карл. Я говорила мужу, что в наши дни сироты редко бывают здоровыми, ведь кто оставляет детей в детских домах? Алкоголички, наркоманки и прочие отбросы общества – ну какие у них могут быть отпрыски, сами подумайте!

– Как вы считаете, почему ваш супруг настаивал на усыновлении Романа?

– Полагаю, дело в гибели его родного сына, Георгия.

– Вы его знали?

– Да, конечно, ведь мы давно женаты с Карлом… Были то есть. Близко мы не общались, если вы об этом. Георгий ревновал ко мне отца, ведь его мать умерла, а я, как говорится, заняла ее место – злая мачеха и все такое… Хотя к тому времени он уже вырос и стал самостоятельным, так что воспитывать его в мою задачу, к счастью, не входило!

Интересно, подумала Лера, эта женщина вообще способна на любовь – ну хоть к кому-нибудь, кроме себя? Слава богу, что у нее нет детей: страшно представить, что выросло бы из них рядом с такой матерью! А Карл-то Вагнер куда смотрел, неужели он не видел, что рядом с ним живет бездушное, холодное как рыба существо, которому ни до кого нет дела?!

– Луиза Марковна, а почему следователь Лурье решил, что убийца именно Роман? – спросила Лера, загнав свою неприязнь поглубже. – Вы же сами сказали, что он с вами не жил, так как он мог оказаться в доме?

– Я вижу, Лурье вам ничегошеньки не рассказал! – фыркнула Луиза. – Полиция проверила телефоны и выяснила, что перед гибелью мужа Роман несколько раз ему звонил – и на домашний, и на мобильный телефон.

– Вы считаете, после этого он решил прийти домой к приемному отцу?

– Ну да, чего ж тут странного?

– В этом – ничего, но с чего бы Роману убивать вашего мужа? Они ссорились?