Читаем Проклятие девы полностью

От окраины леса до монастыря было чуть больше километра. Слева и справа от дороги вершки плотно посаженного картофеля образовывали бугристое зелёное полотно. Картофелеводство было основным источником дохода обители. Слава о картофеле «по-монастырски» распространилась на весь регион. Успешно реализуемые клубни радовали людей всем своим существом: формой, размером, цветом, запахом, вкусом. Все чувственные рецепторы потребителя разом получали удовлетворение. Не смотря на приобретенную известность и, как следствие, развившуюся туристическую привлекательность, монастырь не обрёл для себя богатых спонсоров. Поэтому труд был не просто благочестивой ширмой в рассказах монастырского экскурсовода, а действительно существенной частью сестринской жизни. Насельницы отчётливо понимали, что благополучие на предстоящий год зависит от добросовестного несения трудового послушания. Посему разных оттенков зелёные переливы в поле, образующиеся от лёгкого прикосновения летнего ветерка, свидетельствовали о высоком трудовом капитале, от которого напрямую зависел капитал денежный. Монахини, послушницы, трудницы невольно испытывали чувство гордости и независимости, которые с каждым годом укреплялись в женских душах. Эдакий монашеский феминизм сформировался в общине. Невидимой нитью он связал женские сердца и породил семейственные отношения внутри разномастного коллектива. Одна за всех и все за одну – редко в каком коллективе можно встретить подобное единение.

Община состояла из шести монашествующих сестёр (не считая игуменьи) и нескольких десятков послушниц и трудниц. Не смотря на древность и уединенность обители, она не стала центром притяжения для ищущих святоотеческого аскетизма и подвигов в духе преподобных Руси 14-15 веков. Многие кандидатки в монашеский чин, разочаровавшись в недостатке молитвенного благочестия, оставляли обитель. Монастырь прослыл трудовой артелью. Неслучайно ревнители чистоты православия прозвали его лежбищем картофельного монстра.

В солнечную погоду зелёное волнистое одеяло в противоположной от леса стороне упиралось в сияющую тонкую полоску – это невысокая белоснежная стена издалека встречала путника и словно пыталась выжечь через глаза из памяти впечатления от езды по зловещему Лесу. Монастырская стена была настолько белой, что отражая солнечные лучи, делалась ярче Солнца. Обитель словно старалась донести до каждого прибывающего сюда: место это святое, Самим Богом поцелованное, даже Солнце меркнет в лучах этой святости, и не смей усомниться в этом, человек.

Визитной карточкой обители стала приветливость насельниц. В формировании паломнической и туристической привлекательности гостеприимство и человечное отношение к приезжающим сыграли не меньшую роль, чем древность обители и красота окружающей природы. Современный гостиничный комплекс стал вторым источником жизнеобеспечения монастыря. Уютные номера настолько изнеживали постояльцев, что забывалась первоначальная цель пребывания в святом месте: молитвенное делание. Морок и леность постепенно окутывали паломника, делали его заложником необыкновенно вкусного борща и румяных пирожков с картошкой. Той самой картошкой. Гостиница расположилась возле ворот на территории монастыря. Табличка с надписью «Hotel» была первым словесным обозначением, на которое обращал внимание гость, она будто говорила: сначала проследуйте в апартаменты, мол, это самое главное, все остальное потом.