Читаем Проклятье предателя полностью

— Я был бы признателен, если бы ты этого не делал, — строго сказал Тирион. Ему трудно было произнести эти слова, ибо он знал, что они были грубыми, и последнее, чего он хотел — это оскорбить их нового гостя. К счастью, у него были годы, чтобы практиковать жестокость, даже к людям, которые были ему гораздо более небезразличны, чем какой-то неизвестный Ши'Хар.

Брови Сэйлендора в невинном удивлении взметнулись вверх:

— Прошу прощения, я что, нанёс какое-то оскорбление?

На секунду Тирион ощутил досаду и глубокий стыд за то, что повёл себя настолько грубо, но затем тон и выражение лица Сэйлендора вызвали воспоминание из глубокого прошлого. Индифферентность выражения его лица, искренность его голоса — это напомнило ему о Тиллмэйриасе, а мысли о своём прежнем инструкторе принесли с собой старые панику и страх, намертво въевшиеся в его душу.

Со страхом пришёл адреналин, а затем — гнев.

— Думаю, ты, чёрт побери, отлично знаешь, что я имею ввиду, — выдавил Тирион. — Ты здесь для честной встречи, или ты просто хочешь выебать мозги всем в этой комнате?

Дети ответили на его слова шокированными и испуганными взглядами. Большинство из них, кроме, возможно, Бриджид, уже начали расслабляться под волнами обаяния, исходившими от посла Сэнтиров. Вызов Тириона шокировал их, и они начали затягивать свои собственные ментальные защиты.

Атмосфера в комнате внезапно охладела. Ощущение было подобно тьме, появляющейся в момент исчезновения света. Сэйлендор сделал поспешный полупоклон:

— Мои извинения. Я так долго был среди своих, что забыл о манерах. Пожалуйста, не судите о Сэнтирах по моим небрежным привычкам.

«Так я тебе и поверил», — подумал Тирион. «Ну и гадюка! Все его действие рассчитаны наперёд». Контролируя свой гнев, он ответил:

— Я предпочитаю беседы, в которых я могу быть уверен, что мои эмоции — мои собственные. Соглашение между вашим народом и моим всё ещё свежо — давай не будем пятнать его плохим началом. Пить хочешь?

Сэйлендор немного посмотрел на него, прежде чем ответить:

— Мои извинения были искренними.

«Он ощутил мой гнев», — подумал Тирион. «Несмотря на мою тщательно выстроенную защиту». Когда отвечают на твоё настроение, а не на слова, это смущает, мягко говоря.

— Если ты хочешь показать свою искренность, то придерживайся разговора, и не пытайся прощупывать моё настроение.

Хранитель знаний кивнул:

— Понятно, и — да, мне хочется пить.

Бриджид почти добралась до парадной двери, когда та открылась сама по себе. На той стороне стояла Кэйт. Когда она вошла, все взгляды упали на неё.

— Привет? — сказала она в воцарившейся неудобной тишине.

Абби заговорила первой:

— У нас неожиданный посетитель, из Рощи Сэнтир.

Лицо Кэйт стало настороженным, но она быстро скрыла это выражение:

— О, приятно познакомиться. Я — Катрин… жена Тириона.

Сэйлендор успел миновать разделявшее их расстояние прежде, чем кто-то успел шелохнуться. Протянув руку, он взял её собственную, и вежливо наклонил голову:

— Приятно познакомиться, Катрин.

Как только их руки соприкоснулись, Тирион ощутил, как между ними что-то промелькнуло, что-то маленькое и тихое, почти не ощутимое. Метнувшись вперёд, он развёл их в стороны, зыркнув на Сэйлендора:

— Твои действия не оправдывают твоих недавних извинений, Сэнтир, — сказал он. Не отворачивая лица, он обратился к Кэйт: — Ты нужна Инаре в спальне.

Сбитая с толку, и возможно очарованная, Кэйт начала было возражать:

— Но она с Лэй…

— Позволь мне помочь тебе, сестра, — сказала Бриджид, поведя её к спальне.

Сэйлендор выглядел расстроенным:

— Я не хотел оскорбить тебя или твою наложницу, Тирион, пожалуйста, прости…

— Жену, — поправил Тирион. — Правильное слово — «жена».

— Прошу прощения, — быстро сказал Сэйлендор. Похоже, что мой бэйрионский не на высоте. Я только и делаю, что наношу оскорбления одно за другим.

— Давай перейдём в переднюю комнату, — сказал Тирион, игнорируя его извинения. — Там удобнее, и уединённее, — закончил он. Затем зыркнул на остальных: — Возвращайтесь в свои комнаты. Поужинаем позже.

Спорить никто не стал.

Сэйлендор без комментариев пошёл следом, сев в одно из скромно обитых кресел, созданных Раяном:

— В этом действительно не было необходимости.

Тирион уставился на него, вцепившись в свою холодную ярость:

— В чём?

Его гость вздохнул, проведя ладонью по мягким зелёным волосам:

— Быть может, было ошибкой явиться сюда.

— Ошибкой было обращаться с нами как с книгами, в которых можно рыться, — ответил Тирион.

Сэйлендор оценивающе посмотрел на него. От этого взгляда было не по себе. Тирион ощутил внезапную неуверенность, что-то вроде того, что может чувствовать ягнёнок, обнаруживший, что оказался заперт в загоне с голодным волком.