Читаем Проклятая усадьба полностью

Дверь в комнату открылась, и он увидел Юрия Зубова, второго эксперта, фамилия которого фигурировала в списке тех, кто занимался делом Котова, и человека, с которым Гуров намеревался при случае побеседовать.

– О! Вы тут разговариваете. Я, наверное, помешал? – говорил Зубов, увидев, что Федоров не один.

Он остановился в дверях, как бы не решаясь войти, но и выходить тоже не спешил.

– Да ничего, Юра, проходи, – гостеприимно пригласил Федоров. – Мы тут военные тайны не обсуждаем. Так что у тебя там за товарищ, Лев?

– Помнишь, мы говорили про убийство на стадионе?

– Как не помнить! – тут же отозвался Федоров, и по интонации Гуров понял, что потеря улики в памяти еще свежа.

– Да, у вас еще пуля там куда-то потерялась. Ее не нашли, кстати? – как бы невзначай поинтересовался полковник, уже догадываясь, каким будет ответ.

– Нет! – сокрушенно и с нажимом воскликнул Михаил. – Как в воду канула. И даже ни в каком другом деле не возникла. Куда она могла деться, просто ума не приложу.

– Может, ее и не было? – осторожно произнес Зубов.

– Что значит, не было?! – с полоборота завелся Михаил. – Как это так – не было?! Что я, по-твоему, слепой, что ли?! Или шизофреник?

– Ну почему сразу шизофреник, – с тонкой, едва заметной улыбкой продолжал Зубов. – Просто устал, замотался. Вот и привиделось, чего не было. Может, она там изначально была от револьвера, а тебе показалось, что от винтовки. Бывает.

– Да нет, Юра, извини. Это у кого-то, может быть, бывает, а у меня этих глюков-то отродясь не было. Я пока еще в здравом уме. Так что не дождешься, как говорится. И пуля эта была, и именно от винтовки. А кто мне револьверную подсунул, это я еще выясню. Я этого так не оставлю. Вот видишь, Лев, что творится? – вновь огорченно обратился он к Гурову. – У меня же улику сперли, меня же дураком выставляют.

– Ладно, Миша, теперь можешь не расстраиваться. Теперь мы и без этой пули все выясним.

– Правда? – недоверчиво взглянул Федоров. – Это как это так?

– А вот так. Есть у меня человек, который видел того, кто эту пулю выпустил.

– Да ты что?! – изумился Федоров. – Неужто свидетеля накопал?

– Накопал.

– Везунчик ты, Гуров. По такому, можно сказать, стопроцентному «глухарю», да еще с утерянным «вещдоком», считай, на исполнителя вышел. Это, что ли, он, «товарищ»-то твой?

– Угадал. Один человек видел, как он уходил от стадиона. Торопился очень.

– Так сильно торопился, что даже этого очевидца ненужного не убрал?

– Нет, не поэтому. Не заметил просто.

– Повезло. А то такому товарищу, я думаю, человека застрелить – раз плюнуть.

– Возможно. Но этот жив, и сегодня, часов в двенадцать, я хочу его сюда привезти. Будешь на месте? Посидели бы, покумекали сообща. Глядишь, и создали бы образ незабываемый. Да и как знать, может, на поверку это кто-нибудь из старых знакомых окажется. Может, этот снайпер уже засветился где-нибудь и у нас в базе числится. Тогда еще проще было бы.

– В двенадцать, говоришь? – сдвинув брови, сосредоточенно размышлял Михаил. – Это, выходит, я снова без обеда?

– Решай.

– Ладно уж, что с вами делать, ненасытные. Пейте мою кровь.

– Спасибо, Миша, ты настоящий друг.

Увидев, что Гуров направляется к двери, Зубов встрепенулся.

– Лев Иванович, а вы случайно не в управление сейчас?

– Да, туда.

Зубов был младше Гурова и, поскольку общались они нечасто, всегда уважительно обращался к нему на «вы». Сам же Гуров не церемонился и по-свойски тыкал. Так было и сейчас.

– Вы не подвезете меня? – спрашивал Зубов. – Нужно материалы отвезти, а на этих автобусах я до вечера буду ехать.

– Да не вопрос, – легко согласился Гуров. – Собирайся, поехали.

– Отлично! – обрадовался Зубов. – Я мигом. Миша, я тогда попозже зайду, у меня тут дельце к тебе небольшое.

– Да не вопрос! – передразнивая, повторил за полковником Федоров. – Все приходите! И желательно в обед.

– Ладно, ты, мученик, – улыбаясь, говорил Гуров. – Не расстраивайся. Я тебе пирожок из корейской закусочной привезу. Вчера снова бездомных собак отлавливали, у них там теперь мясо свежее.

– Добрый ты.

– К нам хорошо, и мы хорошо, – кстати припомнив выражение «старшего по смене» из «Овидия», ответил Гуров.

Он был доволен тем, как сложились обстоятельства.

Учитывая то, что в отношении Зубова он тоже рассматривал вопрос о включении в список подозреваемых, нельзя было не признать, что он появился в кабинете Федорова очень кстати. Во-первых, теперь он тоже в курсе последних новостей о фотороботе, а во-вторых, Гурову не пришлось придумывать какой-то особый предлог для доверительной беседы с ним. Все получилось само собой.

С неба снова падали невесомые редкие снежинки, и, медленно продвигаясь в плотном транспортном потоке, Гуров время от времени включал «дворники».

– А что, правда свидетеля нашли? – с детским любопытством обратился к нему Зубов.

– Правда.

– Повезло. Миша рассказывал про это дело – на первый взгляд действительно нераскрываемое.

– Еще и пулю потеряли. Как же это вы умудрились?