Читаем Проклятая усадьба полностью

– Да. И вроде бы сначала так по плану оно у нас и пошло. Ребята мои документы у водителя посмотрели, да и на зады туда, за сиденья, не поленились заглянуть. Убедились, что Кот на месте, пропустили их да тут же и мне доложили. Все, дескать, в порядке. Номер у них уже другой был, но сама фура, по-видимому, та же. Дальше у нас по пути их следования постовая машина стояла на перекрестке, но тем останавливать их было не велено, только наблюдать и докладывать. Когда фура машину эту проехала, тут уже недалеко и следующий стационарный пункт был, где мои люди их поджидали со всеми документами и соответствующими полномочиями. Остановили они грузовик этот, в кабину залезли, а там – угадай что?

– Пустое пространство.

– Именно! Вот тогда расстроился я уже по-настоящему. Стал думать да гадать, что бы весь этот страшный сон мог значить.

– И возникло предположение об информаторе?

– Возникло, Лев. Хоть и неприятное оно, предположение это, хоть и мерзкое даже местами, но – возникло. Да и как не возникнуть ему, посуди сам. Третья облава подряд прахом идет, как-то уж и неловко на случайность-то списывать. И скажу тебе по секрету, в ресторан этот идти даже желания у меня не было.

– Это в «Овидий»-то?

– Да. Как чувствовал, что снова ничего у нас там не выйдет. Но информация пришла, и ребята загорелись. Вот, сейчас уже точно возьмем, теперь уж наверняка! А какое там точно? Ладно, я понимаю – Коля. Молодой, кровь кипит, показать себя хочется. Так нет, и Леонид туда же. Вот уж на этот раз обязательно! А какое там обязательно? Снова в лужу сели, только и всего. Да ославили еще на весь свет.

– Наверное, Степанову просто надоело уже со всем этим возиться, хочется поскорее взять Котова да покончить с этим делом, – сказал Гуров, не желая расстраивать Орлова своими предположениями насчет главного следователя по делу Котова.

– Может быть. Но покончить-то не удалось, а неприятностей себе на шею заработали. Вот так-то, Лев, – резюмировал генерал. – Вот такие они, эти случаи наших неудачных облав на бандита Котова. Три я тебе описал, насчет четвертого ты, я думаю, и сам уже навел справки, так что работай. Если еще какие-нибудь подробности нужны – спрашивай, я отвечу.

– Да нет, пока все понятно, – сказал Гуров. – Вы мне дали много интересной информации. Я должен все обдумать.

– Как я понял, даже и догадки какие-то у тебя подтвердились? – проницательно глянул Орлов.

– Да, кое-что совпало.

– Что ж, в добрый путь. Обдумывай, анализируй, да и не тяни. Помнишь, что я тебе говорил? Крайний срок – венецианский карнавал.

Выйдя из кабинета начальника, Гуров чувствовал, что настало время для подведения предварительных итогов.

С учетом рассказа генерала у него накопилось уже достаточно информации, чтобы сделать первоначальные выводы и предпринять некоторые шаги. Но, прежде чем определяться с действиями, необходимо было все хорошенько обдумать, и в отличие от торопившегося домой Крячко сам он уходить не спешил, несмотря на то что рабочий день закончился больше получаса назад.

– В ночную смену остаться решил? – подначивал его Стас. – На часы посмотри. Хорошие мальчики уже давно по домам сидят, манную кашу кушают.

– Нужно обмозговать кое-что, задержусь немного, – занятый своим, не поддержал этот шутливый тон Гуров.

– Вольному воля. Только если ты на орден рассчитываешь – не надейся. Я первый в очереди.

– Ладно, так и быть. На медаль соглашусь.

Оставшись один, Гуров сел за стол и погрузился в размышления.

Итак, теперь, после разговора с Орловым, окончательно подтвердилась связь дела об убитом полицейском с расследованием по Котову. Ответ на вопрос, каким образом мог узнать что-то опасное для себя Кравцов, был ему совершенно ясен.

Если группа Трегубова дежурила в оцеплении возле торгового центра как раз в то время, когда оттуда уходил Котов, Кравцов вполне мог нечаянно подслушать или подсмотреть что-то такое, что тому же Котову очень хотелось бы скрыть. Что именно это могло быть, он пока не знает, но с учетом всего предыдущего предположения делать может.

Вполне возможно, что оба полицейских, и Николай Зимин, и Сергей Кравцов, пострадали за одно и то же. Только о том, что Зимин видел что-то ненужное, узнали сразу и поэтому его убили на месте, а о том, что та же информация известна Кравцову, догадались позже. Догадались или узнали от того же тайного информатора.

Он ведь говорил этому своему худощавому другу, Игорю, что хочет что-то проверить. Как знать, может быть, в ходе этих своих проверок он и подставился. Что-то неосторожно сказал, что-то не так или не у того спросил. Мало ли вариантов?

Но в общем и целом, пожалуй, можно констатировать, что загадочное дело об убийстве полицейского во время акции на стадионе раскрыто.

Убийца известен, это – профессиональный снайпер, прикрывающий Котова. А если опустить некоторые неясности и неточности, можно сказать, что известен и мотив. Пускай пока остается загадкой содержание секрета, который нечаянно узнал Кравцов. Но зато уже далеко не загадка сам факт, что какой-то секрет он знал и именно это знание оказалось для него роковым.