Читаем Проклятая благодать полностью

Я схватил одеяло, которое лежало на заднем сиденье фургона, и обернул его вокруг ее обнаженного тела. Фиби снова застонала, ее глаза закатились, но она все еще не проснулась. Черт знает, на каком коктейле Мейстер держал ее.

— Там! — крикнул голос Вика из кабины.

Я выглянул из открытых дверей и увидел Хаша, бегущего к нам. Этому ублюдку повезло, что он был быстрым. Он подал сигнал, чтобы мы начали движение. Ковбой высунулся из задней двери и вцепился в руку Хаша, втягивая его внутрь. Они захлопнули двери, и мы рванули с места. Я держал пистолет в руке, на всякий случай.

— Что это, бл*дь, было? — огрызнулся Ковбой.

Он нависал над Хашем чертовски злой.

— Что? — Хаш огрызнулся в ответ, выражение его лица потемнело.

— Насмешка над массивным межрасовым членом, придурок. Ты должен был привести в действие взрывчатку, а не предлагать себя для гребаного линчевания, — прошипел я.

Хаш проигнорировал меня и впился взглядом в лицо Ковбоя.

— Ты думаешь, после всего, что эти ублюдки из Клана сделали со мной, с моей семьей, я собирался просто отвлечь их взрывчаткой? Да пошло это дерьмо. Я хотел, чтобы эти ублюдки увидели мою нечистую задницу. Я хотел, чтобы они кипели от злости.

— Ну, работа сделана, ублюдок, — Ковбой сполз вниз и сел на противоположную сторону фургона. — Ты хотел, чтобы они кипели? Подожди, когда Мейстер вернется и увидит, что у его заместителя нет лица и черепа.

Никто не проронил ни слова, пока Викинг, как молния, вез нас обратно в лагерь. Пока Хаш не покачал головой и не сказал:

— Черт. Это Фиби? Сестра Ли?

— То, что от нее осталось, — я указал на Ковбоя. — Свяжись с говнюком Пророком по сотовому. Он должен быть в моем доме к нашему приезду. И скажи этому ублюдку, что это не гребаная просьба.

Ковбой сделал, как я просил.

Я держал взгляд направленным вперед, уставившись в стенку фургона. Пока не почувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Когда я посмотрел вниз, глаза Фиби, покрытые синяками, были открыты. Я напрягся, когда мой взгляд встретился с ее.

— Вик, езжай домой окольными путями и гаси свет. Они будут кишеть на главных дорогах через несколько минут. Это дерьмо не закончится, пока мы не проедем через ворота лагеря.

Я не сводил глаз с лица Фиби, и та маленькая улыбка, которую она постоянно демонстрировала мне, растянула ее губы. Мое сердце разорвалось прямо по середине.

Своим хриплым, искаженным голосом она прошептала:

— Безопасность...

Через секунду ее глаза закрылись, но я не переставал смотреть на нее. Я не мог отвести взгляд. Даже когда фургон остановился, я не мог оторвать глаза.

«Безопасность», — сказала она.

Что бы это, бл*дь, для нее ни значило.

***

Когда фургон остановился у моего дома, я прижал Фиби к груди и вышел на воздух. Она стонала в моих руках, когда ветер трепал ее поврежденную кожу.

Райдер стоял возле двери в мой дом с медицинской сумкой в руках. Малыш Эш был перед дверью Флейма, а в окне я видел Мэдди, которая наблюдала за происходящим.

Флейм направился прямо к Эшу, а затем вошел в дверь своего дома. Я двинулся к своей, взглянув на теперь уже бритоголового Пророка и сказал:

— Следуй за мной.

Я прошел в свою спальню и положил Фиби на кровать. Она застонала, выгнув спину дугой, когда я отступил назад. Ее рыжие брови нахмурились, а ноги стали беспокойными.

Я смотрел, как пальцы на ее левой руке ощупывают правую руку. Ногти начали царапать, ища место введения героина.

— Могу я?.. — спросил голос позади меня.

Я оглянулся на Райдера, стоящего в дверном проеме. Но глаза этого урода были устремлены не на меня, а на Фиби.

— Давай, — я отступил назад.

— Черт, — пробормотал Райдер под нос, опускаясь на колени и открывая свою сумку.

Он поморщился, глядя на ее раны. Рука, проводившая по рукам и ногам Фиби, остановилась в воздухе и сжалась в кулак.

— Мне очень жаль, — сказал Райдер Фиби.

Если я не ошибаюсь, голос этого засранца надломился. Его голова опустилась и закачалась из стороны в сторону.

— Мне чертовски жаль.

Мои глаза сузились, когда я наблюдал за ними, и грудь сжалась от того, как он говорил с ней. Я знал, что они были знакомы. Знал, что его близнец-психопат трахал ее дольше всех. Но мне не нравилось, как близко был к ней Райдер. Какому-то проклятому режущему чувству в моей груди не нравилось, как близко он был с ней знаком.

— Ее насиловали и избивали. Не знаю, как долго.

Райдер повернул голову, чтобы выслушать меня, и, клянусь, этот ублюдок вытер глаза.

— А еще она на героине. Мудак Мейстер держит всех сучек на этом дерьме.

Вспомнив о причине, по которой Райдер находился в своём доме, он начал осматривать повреждения Фиби.

— Мне нужны полотенца и вода. Мы должны вымыть ее.

Из коридора послышались шаги. Я оглянулся: Малыш Эш уже собирал то, что просил Райдер. Я даже не заметил, что пацан был рядом. Когда он вернулся, я вопросительно поднял бровь.

— Подумал, что понадоблюсь тебе, — сказал он.

Я взъерошил его темные волосы и забрал у него таз с водой. Поставил его рядом с Райдером, в это время Эш передал полотенца.

— Подожди на кухне, парень, — велел я.