Читаем Происхождение полностью

– Здесь, на Тире, разрешено почти все, но рабство и торговля людьми входят в число запретов, – заметил капитан Уйсин. – Во всяком случае, с правовой точки зрения. Конечно, именно поэтому они доставили его в упакованном виде. Таким образом они смогут отрицать, что участвовали в деле. Должен сказать вам, светлость, что раз вы не предполагали подобного и не подготовились, то вряд ли сможете последовать по стопам политической карьеры вашей матери.

Ингрей нахмурилась. Только не плакать!

Капитан Уйсин продолжил:

– Я не пытаюсь вас обидеть. У каждого свои таланты. Что случится, если вас не выберут наследницей?

Да ничего особенного. Вероятно, она просто продолжит работать и занимать свое место в семье, как и прежде. Но Нетано всегда говорила, что если браться за дело, то ставки должны быть высоки, или лучше совсем не браться. Большинство семей на Хвай отдавали одного- двух детей приемным родителям, часто сами принимали чужих детей на воспитание или усыновляли. Данак, например, родился в семье сторонников Нетано. Но в каждом округе находились родители, которые не желали или не имели возможности растить детей, и если никто не брал их на воспитание, то о них заботилось государство – такие дети попадали в общественный приют. Ингрей, как и Палад Будраким, как раз из их числа.

– У меня и так не было реального шанса стать наследницей мамы. Никогда.

Но если она уйдет из дома Аскольдов или ее выгонят, то податься ей будет просто некуда. Она останется совсем одна.

– Маме нравится, когда мы проявляем инициативу. Она любит интриги, но терпеть не может, когда мы ее подводим. Если у меня ничего не получится, то, скорее всего, мне придется уйти из дома. Что еще хуже, я увязну в долгах. Я заняла денег в счет моего будущего содержания, чтобы вытащить его. Так что даже если я не потеряю работу, хотя, боюсь, я уже ее потеряла, то останусь без средств к существованию. На несколько лет.

Да что там, на десятилетия!

– Я знаю, что не слишком благоразумно распорядилась своими ресурсами, – призналась она.

Заставила себя разжать ладонь и уже подняла ее, чтобы снова положить на контейнер, но вместо этого порывисто сомкнула руки. А что, вполне подходящий жест, чтобы от беспокойства не хвататься за окружающие предметы.

– Раз уж я взяла денег взаймы, то должна была вложить их в безопасное дело. В этом случае, даже если бы Нетано выгнала меня, мне осталось бы на что жить. Просто я…

Она не могла смириться, представляя, как потеряет все шансы привлечь внимание Нетано Аскольд, а Данак станет открыто насмехаться над ней.

Капитан Уйсин поглядел на нее поверх контейнера.

– Я уже на грани того, чтобы вернуть вам деньги за билеты, – наконец сказал он. – И попросить вас покинуть отсек. Но я еще не решил. Скажу лишь одно – на борт корабля этот человек (Палад Будраким, кажется, так вы его назвали) в капсуле жизнеобеспечения не поднимется. И раз вы все равно собирались познакомиться с ним после пробуждения, то полагаю, вы не станете возражать против того, чтобы разморозить его прямо сейчас?

– А тогда вы возьмете нас на борт?

– Вас я на борт возьму. А Палад Будраким сможет поступить так, как сочтет нужным. – Капитан задумался на миг. – Если оно не захочет подняться на борт, я возмещу вам расходы на второй билет.

Могло быть и хуже. Так, по крайней мере, есть хоть какой-то шанс. Капитан Уйсин положил на контейнер вторую руку.

– Отойдите немного, светлость, вы же не хотите, чтобы он придавил вам ноги.

Ингрей шагнула назад, и контейнер со стуком опустился на пол.

– Вы не знаете, раньше его замораживали?

Ингрей забрала свой пиджак, сумку и сандалии с крышки контейнера.

– Не знаю, а почему вы спрашиваете?

Капитан Уйсин коснулся замков и осторожно сдвинул крышку в сторону.

– Если оно не знает, чего ждать, то может запаниковать. Возможно, понадобится посторонняя помощь.

Ингрей бросила сандалии с сумкой на пол, надела пиджак и помогла придержать крышку, когда капитан Уйсин снял ее и прислонил к контейнеру. Пару секунд капитан разглядывал гладкую черную поверхность капсулы, затем присмотрелся к контрольной панели.

– Все вроде нормально, – сказал он.

Тут из шлюза выскочил огромный черный паук, не меньше метра ростом. В волосатой лапе он держал свернутое одеяло. Со странной, пугающей грацией он приблизился к капитану Уйсину и остановился, один из множества круглых глаз на коротких стебельках повернулся к Ингрей. Нет, это был не паук, а… что-то другое.

– Э-э-э… – опешила Ингрей. – Это… это паук?

Отчего-то по шее и спине поползли мурашки. Она не боялась пауков. Но это… существо пугало ее. Она вдруг поняла, что лапы у него странно вывернуты в суставах и глаза растут прямо из круглого тела. У существа не было ни головы, ни брюшка. И чувствовалось в нем еще что-то неправильное, только Ингрей не могла понять, что именно.

– Конечно, нет, – ответил капитан Уйсин, хмуро разглядывая капсулу. – Таких огромных пауков с двухметровыми лапами не бывает. По крайней мере, не модифицированных. Но это не паук. – Он посмотрел на нее. – Хотя похож, тут вы правы. Боитесь пауков, светлость?