Читаем Происхождение полностью

Но он отправился той же дорогой. Прямо перед мостом через реку Йог фары осветили большого строительного меха, сползшего на обочину к деревьям:.

– Стоп, – приказала Ингрей и вышла из машины.

Темно, лишь свет фар да звездная лента над головой, здесь, вдали от города, она казалась широкой и очень яркой. Нужно было взять с собой фонарь, только Ингрей об этом даже не подумала.

– Данак! – позвала она. – Данак, ты тут?

Нет ответа. Ингрей подобрала юбки и шагнула с дороги в грязь. Хорошо, хоть ботинки надела. Она вытянула руку и коснулась огромного, не меньше двух метров в высоту, строительного меха и пошла к передку. Если этот мех такой же, как те, что ей приходилось видеть, то он должен быть метра три в длину с тяжелым ковшом на конце, который может двигаться в любом направлении и копать так, как это нужно механику-пилоту. Где-то впереди находились и скобы, позволяющие забраться на него. Сиденья у меха нет, но на нем можно передвигаться верхом. Данак наверняка был наверху, когда мех свернул на обочину. Она не могла представить, что в такой темноте он пошел бы пешком, имея возможность оседлать меха, как в детской развлекательной программе.

Ингрей ступала медленно, боясь споткнуться или провалиться куда-нибудь в темноте. Мех не работал и на ощупь был холодным. Свет фар остался позади, и глаза уже почти привыкли к темноте: Ингрей наконец начала различать очертания деревьев.

– Данак, ты в порядке?

Нет ответа. И тут Ингрей по-настоящему испугалась. А вдруг он покалечился, когда мех съехал с дороги? Что, если он лежит без сознания или вообще умер? Ингрей наконец-то добралась до передней части меха, ощупала сложенный ковш.

– Данак!

– Какого черта ты тут делаешь? – раздался из темноты, откуда-то сверху и сзади, сердитый голос Данака.

Она оглянулась, посмотрела наверх. Данак сидел на самой макушке, хотя в свете звезд и фар Ингрей смогла разглядеть лишь его тень.

– Могу и тебя спросить о том же, только ответ мне известен.

Она вздохнула с облегчением, хотя ни за что бы в этом не призналась даже самой себе.

– Вот и хорошо, что ты здесь, – сказал Данак. – Заодно покажешь мне, где раритеты, когда я заставлю этого чертового меха выбраться снова на дорогу. Не придется копать наугад.

– Их тут нет. Они не в заповеднике и никогда здесь не были.

– Хорошая попытка, – презрительно процедил Данак. – Если не поможешь мне найти раритеты, я все расскажу маме.

– Дерзай! Только если ты сейчас же не слезешь оттуда и не вернешься со мной домой, я позвоню в Службу планетарной безопасности.

Угрожая, она была готова пойти до конца, хотя знала, что для нее это окончится полным крахом. По дороге сюда она заранее обдумала все возможные варианты действий Данака и необходимые ответные меры со своей стороны.

– Нет, – сказал братец. – Ты не позвонишь.

Мех со скрежетом раскрыл ковш и резко поднял вверх, едва не угодив Ингрей по голове. Она отскочила, но запнулась за что-то и рухнула в грязь. Данак выругался, махнул ковшом в другую сторону и обо что-то ударился, наверное об ветку. Раздался шум и треск, мех уперся ковшом в дерево и угрожающе наклонился к Ингрей, затем кое-как выровнялся. Ковш вновь метнулся в ее сторону и прошел намного ниже, Ингрей даже почувствовала движение воздуха, когда он проносился мимо. Она перекатилась на живот и, прижимаясь к земле, поползла к дороге.

– Думаешь, это остановит безопасников? – крикнула она, грязные спутанные волосы тут же набились в рот.

– Похрен! – прокричал он. Ковш снова грохнул о дерево. – Когда они сюда доберутся, я буду уже далеко. У меня есть дюжина свидетелей, которые чем хочешь поклянутся, что я все время был до…

Слова Данака оборвались, превратившись в придушенный вопль. А затем кто-то прошипел:

– Плохой брат Данак.

Ингрей замерла.

– Тик? – Она вдруг сообразила, что это мог бы сказать Тик, делая вид, что он – посол. Наверное, еще не вышел из образа. – Посол?

Поднявшись на ноги, она осторожно подошла к замершему меху и только тут сообразила, что нападение посла Гек на человека наверняка сочтут нарушением межрасового соглашения. Хорошо, что на самом деле происходит совсем другое!

– Я думала, вы остались с Палад.

– Плохой брат Данак, – повторил паук-мех. – Человек Ингрей, ты убьешь брата Данака? Он пытался убить тебя.

– Да не собирался я ее убивать! – испуганно прохрипел Данак. – Чертовы вознесшиеся святые угодники! Ингрей! Да кем ты меня считаешь?

В свете звезд Ингрей могла разглядеть лишь скорчившуюся фигуру, оседлавшую меха.

– Человеком, который пытался убить своего согнездника, – ответил паук-мех. – Твоя мать может сожрать тебя, если решит, что ты недозрел, но ты всегда можешь положиться на согнездников с того самого момента, когда вы вылупились, и до тех пор, пока годы не возьмут свое. Прости, человек Ингрей, я не могу убить плохого брата. Не могу нарушить соглашение. Но если брат Данак соскользнет вперед, то машина может его случайно переехать.

Ингрей наконец-то нашла скобы и взобралась на бок меха.

– Нет, посол! Не надо!

Она, конечно, не думала, что Тик убьет Данака, но свистящий голос меха звучал очень угрожающе.