Читаем Происхождение полностью

Так они и остались в комнате, ожидая, когда Служба планетарной безопасности отпустит их домой. Данак дулся, Хевом, пораженный случившимся, смотрел в пустоту, так и не прикоснувшись к обеду, который офицер принес им из машины. Гарал же, казалось, ни о чем не беспокоилось. Оно съело свой обед и тихо сидело в уголочке, читая объявления. Еще бы, оно же привыкло находиться в компании убийц и прочих преступников.

Дверь открылась, и Данак с Ингрей тут же обернулись. Остальные двое даже не пошевелились. В комнату вошло высокое, широкоплечее неино в зеленовато-золотой куртке и лунги, заместитель начальника Службы планетарной безопасности.

– Добрый вечер, – сказало оно по-йиирски с сильным акцентом. Наверное, специально не говорило по-бантийски, чтобы Хевом мог понять. Этот язык, пусть и не в совершенстве, знали все образованные хвайцы, хотя, судя по выговору, заместитель не могло похвастаться хорошим образованием. Оно говорило так, словно родилось не здесь, а в округе Лим. – Прошу прощения, что вам так долго пришлось ждать. Я – Чебан Верет, заместитель начальника по тяжким преступлениям. А это… – Он указал на невысокую худощавую особу, стоявшую рядом, в такой же форме, только на размер больше и в темно-зеленую полоску. Такой формы Ингрей раньше не видела. – Это мой помощник Токрис Итеста.

Данак горько рассмеялся:

– Токрис, а я‑то уж решил, что ты ушла со вчерашней вечеринки, потому что заскучала.

– Я же говорила, что мне утром на работу, – сказала Токрис. – Здравствуй, Ингрей.

– Здравствуй, Токрис. – Ингрей едва не произнесла ее детское имя. – Прости, я слишком поздно вернулась домой и не успела поздравить тебя как полагается.

Она не стала уточнять, с чем собиралась ее поздравить. Ингрей выбрала себе взрослое имя, когда ей не было еще и двадцати, как и большинство ее знакомых. Токрис исполнилось почти двадцать пять, с решением оно, то есть она затянула дольше, чем принято, так что Ингрей решила не ставить ее в неловкое положение.

Токрис слегка улыбнулась.

– Спасибо.

– Светлости, – обратилось ко всем заместитель Верет, выдержав паузу. – Вы уже рассказали работникам заповедника обо всем, что делали утром и после обеда, и я благодарю вас. Я хочу лишь задать несколько дополнительных вопросов, после этого вас отпустят. Начнем со светлости Гарал Кет. Или лучше сказать – Палад Будраким?

Гарал улыбнулось. По-настоящему, а не просто скривило уголок рта, как обычно.

– Прости, Ингрей, – сказало оно. – Ты хорошая девочка, особенно для Аскольдов. Я не собиралось тебе лгать, но у меня не было другого выхода. – Оно посмотрело на заместителя. – Она ничего не знала. Мы встретились на Тир Сииласе, я придумало трогательную историю, и она помогла мне вернуться на Хвай. Хорошая девочка, как я и сказало.

– Откуда ей было знать? – кивнуло заместитель Верет. – Я и само не поверило бы, если б не доказательства. Как ты выбралось из «Милосердного устранения»?

– Это же очевидно, я никогда там не было, – спокойно сказало Гарал, вернее, Палад. Лгало оно очень убедительно. – Я не собиралось возвращаться. По крайней мере, сначала. Но решило рассказать всему Хвай о том, что сделало с гарседдианскими раритетами.

Если оно и правда Палад, то оно точно знало, что сделало с ними. Оно знало все это время, пока они прикидывали места и обсуждали, что сказать Данаку. Ингрей попыталась ухватиться за эту мысль.

– Хорошо, – сказало заместитель. – Все может быть. Но на данный момент меня больше беспокоит убийство светлости Зат. Довольно трудно понять, что там произошло. Ни один человек из находившихся в заповеднике в радиусе километра не имел особых причин желать ей смерти. Так я думало, пока не всплыло твое имя.

– Но мы все это время провели вместе! – возразила Ингрей. Ей казалось, что все вокруг зыбко и нереально, даже скамейка, на которой она сидела. – Мы оба видели, как Зат поднялась на холм. Я ни разу не выпускала Гарал из поля зрения до тех пор, пока сама не забралась наверх и не обнаружила…

– Да, – согласилось заместитель. – В этом-то и проблема. Рядом с погибшей не было никого с того момента, как она поднялась на холм, и до тех пор, пока вы ее не нашли, светлость. Но ее, несомненно, убили. Ударили в сердце, предположительно ножом. Ее… – Заместитель запнулось. – Ее буквально пригвоздили к пучковому дереву.

Ингрей вспомнила затылок Зат, плотно прижатый к дереву, запекшуюся кровь в уголке рта.

– Вероятно, это сделали для того, чтобы она оставалась в сидячем положении. Пригвоздили маркировочным колом, который используется при строительстве и разного рода… – заместитель Верет снова запнулось, подбирая подходящее слово, – археологических раскопках. У меха, принадлежавшего Зат, было при себе шесть таких колов, она задекларировала их при въезде в систему. Но мы не знаем, куда делся ее мех. Его сейчас ищут. А пока мы пытаемся понять, почему это произошло. Как я уже сказало, ни у кого, находившегося поблизости, не было причин убивать светлость Зат. Так я считало, пока не всплыло имя Палад Будраким.