— Слушаюсь Твоё величество, — поклонился казначей снова.

— Что будем делать с царём Менхеперра, мой царь? — верховный жрец Амона спросил у Хатшепсут, — нельзя дать ему больше власти и влияния.

— Нужно узнать больше подробностей о его походе, — ответила Хатшепсут, обращаясь следом к последнему молчавшему советнику, — Сеннефер отправь своего самого доверенного человека.

— Будет выполнено мой царь, — поклонился тот.

— А ты Усерамон, отправь к самым сильным князьям Речену гонцов, пусть напомнят им, что будет, если египетские колесницы окажутся рядом с их городами.

— Конечно мой царь, — визирь тоже поклонился.

— На этом всё, жду выполнения приказов, — завершила совещание Хатшепсут и по движению её руки вскоре в зале появились рабы и слуги с носилками.

Глава 10

— Мой царь, к вам просители, — отвлёк меня от осмотра первых образцов золотых монет этого мира, голос Бенермерута. Я со вздохом вернул монеты из электрума Небсению, себе оставив только один кругляш из чистого золота.

— Я доволен тобой, — сказал я ювелиру, — набери сколько нужно помощников, но гравёром будешь только ты. К тебе уже приставлена охрана, я прикажу её увеличить вдвое. Помни, что за мои чертежи и главное матрицы штемпелей, ты отвечаешь головой.

— Да мой царь, я понимаю их важность, — низко поклонился нубиец.

— Ступай, можешь получить больше чистого золота у Иамунеджеха, поскольку из электрума они получаются слишком разнородными по цвету и начинай массовый выпуск, как я уже говорил, мне нужно много монет.

— Мой царь, — он поклонился и вышел, и только тогда я повернулся к Бенермеруту, всё это время терпеливо ожидавшему конца нашего с ювелиром разговора.

— Кто там?

— Жрец Небуави и с ним четыре человека, все без оружия. Мы проверили, хотя они вначале и сопротивлялись обыску.

— Не нравятся наши правила, пусть проваливают, — проворчал я, — зови если не передумали.

Он поклонился и вышел, оставляя меня с четырьмя человеками охраны из моей личной сотни, как-то внезапно переквалифицировавшейся и в телохранителей. Пока гости не пришли, я ещё раз осмотрел сияющую, даже в свете масляных ламп монету. Мой «прекрасный» профиль на аверсе был художественно обработан Небсением, так что оттуда исчез низкий лоб, толстые губы и выдающиеся тутмоситские скулы, вместо этого был отпечатан весьма симпатичный облик молодого, но величественного царя. Перевернув монету, я с удовольствием посмотрел, что на реверсе также красиво был отпечатан бог Амон-Ра, с перьями шути на головном уборе и диском солнца посередине. Классическое египетское исполнение от превосходного, талантливого гравёра, так что с обоих сторон монета была прекрасна. Теперь осталось дело за главным, печатать её из всего золота, что осталось не отправленным мной в поместье. Этим Небсений со своими помощниками и будет занят всю дорогу, путешествуя вместе с нами.

Мои размышления прервал вернувшийся Бенермерут, который доложил о том, что просители ждут перед шатром.

— Пусть заходят, — кивнул я и показал ему потом занять место рядом со мной.

Жреца, с которым я уже встречался раньше, я узнал сразу, а вот четверо египтян с ним, были мне незнакомы. Но весь их внешний вид говорил, что это очень состоятельные люди, так много драгоценностей было на них надето.

— Долгих лет царствования царю Менхеперра, владыке Верхнего и Нижнего Египта, — упали все на колени и поклонились мне в пол.

— Можете встать, — сразу же ответил я, чтобы не мариновать их, да и места в шатре не сказать, что было много, — мы не во дворце, как видите.

Гости поднялись и ещё раз мне поклонились.

— Я вас слушаю, — поощрил я их, — последние два дня войско здесь находится только потому, что мне стало интересно, что вы можете мне предложить. Отведённые вам семь дней давно закончились.

— И мы осознаём это великий царь, — поклонился мне самый старший из них, — поэтому позволь принести тебе дары за нашу оплошность и опоздание.

— Дары — это хорошо, — покивал я, — дары я люблю.

Они позвали слуг и вскоре передо мной стали появляться сундуки с мотками пурпурной шерстяной ткани, удивившей меня качеством выделки и покраски, а также очень много золотых и серебряных предметов кухонной утвари. Самое поразительное, что слуги всё несли и несли, заставляя свободное место в шатре очень дорогими вещами. Судя по количеству и качеству, представшие передо мной люди были не то, чтобы не бедными, а просто олигархами по местным меркам!

— Хватит, я понял серьёзность ваших намерений, — я поднял руку, чтобы остановить приток богатств, — Бенермерут распорядись всё отнести в мою казну.

Воспитатель поклонился и очень скоро шатёр снова опустил, а я положил руки на стол и уже с интересом посмотрел на гостей, они смогли меня заинтересовать.

— Говорите, от чьего имени действуете и главное, что от меня нужно. Вы смогли меня удивить количеством подарков и привлечь внимание.

Они переглянулись, посмотрели на Небуави и жрец, попросив у меня разрешения, с поклоном покинул шатёр. Остались только они, я и четыре охранника.