Читаем Программа полностью

Доктор Уоррен медленно кивает, ничего не записывает, просто смотрит на меня, как будто понимает. Или, может, она притворяется, как и во всем остальном. Ее кабинет расплывается у меня перед глазами, как во сне.

 - Возьми это, – говорит она, протягивая мне черную таблетку. Она отличается от обычной, желтой, которую я принимаю, и внезапно меня переполняет надежда. В конце концов, она хочет мне помочь. На моих губах появляется улыбка, и я лениво наклоняюсь и беру таблетку, с благодарностью проглатываю ее. Когда я делаю это, она вздыхает и откладывает ручку.

 - Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это, - говорит она, как будто это и имеет в виду. – Тебе стоит использовать этот момент, чтобы попрощаться.

 - Попрощаться с кем?

 - С Джеймсом.

Кажется, пол уходит у меня из-под ног и, несмотря на лекарства, которые замедляют мои движения, я вскакиваю со стула. Нет. Нет. Нет. Я быстро сую палец в горло, вызываю рвоту. А доктор Уоррен говорит, чтобы я остановилась, зовет медсестру. Мне нужно выбросить из себя таблетку до того, как они сотрут его. Джеймса.

Но через секунду после того, как таблетка выходит, радость улетучивается. Мэрилин заходит со шприцом в руках, готовясь стереть все.

Часть 2. Глава 12

Спотыкаясь и рыдая, я выхожу из кабинета доктора Уоррен. Она даже не успокаивает меня. Напротив, она говорит, что для меня сейчас полезно поплакать. Я бросаю ей ругательство и иду, опершись ладонью о стену, в комнату отдыха. Джеймс. Джеймс. Джеймс. Я знаю, что это – мои последние минуты с ним и останавливаюсь, сползаю по стене и сажусь на пол. Кладу голову на согнутые колени, держусь за то, за что могу.

Я вижу Джеймса, он широко улыбается, пробегая пальцами в мокрых волосах.

 - Давай же, Слоан. – зовет он из воды. Он стоит в реке, без рубашки, солнце блестит на его коже. Я сижу на траве и качаю головой.

Джеймс выходит из воды, идет ко мне, с него стекают капли воды. Он растягивается на одеяле, его холодная нога прижимается к моим шортам.

 - Однажды, – говорит он, прищурив глаза и глядя на солнце, - я научу тебя плавать. А потом мы поедем к океану.

 - Никогда.

 - Никогда? – повторяет Джеймс удивленным голосом. Он притягивает меня к себе, заключает в объятия. Кожа у него прохладная, но сам он разгорячен. – Никогда?

Я хихикаю и качаю головой.

 - А что если я захочу пожениться на пляже? – спрашивает он. – Ты все равно откажешься? Он закусывает губу, придвинувшись ближе ко мне. – Ты откажешься выйти за меня замуж?

По мне пробегают мурашки, и не только потому, что он рядом, но из-за того, что меня переполняет любовь к нему. Из-за того, что он - половинка моего сердца.

 - Я никогда не откажу тебе, - шепчу я.

Джеймс улыбается и потом нежно целует меня, в губы, в шею, снова в губы.

 - Только ты и я, - говорит он, - безумная любовь навеки.

И эти слова эхом отдаются у меня в голове, когда я, в коридоре, падаю на бок, утопая в моей боли.

* * *

Я чувствую что-то рядом с собой, но мое тело налилось тяжестью, и я не могу пошевелиться. Я пытаюсь пошевелиться, но руки у меня привязаны по бокам. Я распахиваю глаза. Надо мной нависает лицо, и я начинаю кричать, когда его рука закрывает мне рот.

 - Ш… Мисс Барслоу, - шепчет Роджер. – Мы же не хотим привлекать к себе внимания, разве нет?

Я снова выкручиваю руки и понимаю, что он привязал меня ремнями. Я знаю, что не совсем беспомощна. Я могу укусить его за руку, закричать. А потом что? Они заново начнут лечить меня – чтобы убедиться, что я не помню ничего, что не должна помнить.

Я трясу головой, отталкиваю его руку со рта.

 - Чего ты хочешь?

Он улыбается, его глаза скользят по моему телу под простынями.

 - Я думаю, ты не в том настроении, чтобы я доверял тебе обнаженные части моего тела, - говорит он. – Так что я больше не предлагаю сделку.

Я нахмуриваюсь.

 - Тогда что?

 - Я хочу, чтобы Майкл Риэлм убрался отсюда. Но сначала, я хочу видеть, как он мучается.

На меня обрушивается понимание того, как я уязвима.

 - Что ты собираешься делать?

Роджер пожимает плечами.

 - Майкл до неприличия влюблен в тебя, так что я думаю, одной этой сцены будет достаточно, чтобы он вышел из себя, как думаешь?

С омерзительной улыбкой Роджер наклоняется надо мной и оставляет поцелуй на моем плече. Он достаточно предусмотрителен, чтобы приближаться к моим зубам. Он проводит языком по моей коже.

 - Как печально, - бормочет он, снова целуя меня. – Мы могли так хорошо повеселиться.

 - Ага, - рычу я, - мне бы очень понравилось снова ударить тебя коленом.

Роджер отодвигается, внимательно смотрит на мое лицо.

 - Думаешь, ты контролируешь ситуацию? – спрашивает он, я чувствую у себя на лице его теплое дыхание с запахом перечной мяты. – Ты думаешь, ты побеждаешь Программу?

Он тихо смеется.

 - Слоан, - шепчет он, - ты раньше кого-то любила. Ты помнишь?

Его слова бьют меня сильнее, чем любая пощечина. В животе у меня скрутило, в сердце боль. Любовь? Я… я действительно кого-то любила, я думаю. Это был…

Роджер, с довольной ухмылкой отходит от меня.

 - Мне нужно идти, - говорит он. – У Майкла уже должен закончиться сеанс.

Он начинает идти, но потом оборачивается.

 - Забыл.