Я хочу обратить внимание, что ребенок не нуждается в брендовых шмотках, тонне игрушек и вашем включенном внимании в режиме 24/7. Нет, играть безостановочно с ребенком – это не его потребность. Это травмочки (нет, не страшные травмы-травмы, а ранки, которые мы на самом деле все давно более или менее залечили) взрослых, с которыми в детстве не играли совсем, «не приучали к рукам» и отучали от всего подряд методом «дать проораться».

Исследования показывают, что даже новорожденный нуждается примерно в пяти часах телесного контакта в сутки для благополучного развития. Всего. Это с учетом кормлений, подмываний, переодеваний и пр.

Каждый раз, когда подросший наследник устраивает истерику, падает на пол, ноет, плачет, злится, топает ногами и всеми другими доступными ему способами демонстрирует, что у него есть какое-то желание, прогоняйте себя мысленно по этому списку возможных потребностей. В 70 % случаев не удовлетворена будет какая-то физиологическая потребность: человек недоспал, проголодался, в левый сандалик попал камешек, Луна в Венере, а Марс в Козероге и пр. Еще в 20 % случаев просела потребность в безопасности или ясных границах (по сути, в двух основных составляющих надежной привязанности). Еще 10 % отведем на все возможные оставшиеся варианты.

Я хочу обратить ваше внимание на то, что потребностей в ремне, ежовых рукавицах и иже с ними у ребенка НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Жесткие, авторитарные и порой жестокие методы воспитания – это роспись в собственном бессилии перед крошечным человеком. Да, иногда непонятно. Иногда так непонятно, что же делать, и так тревожно, «что же из тебя вырастет», что хочется застращать и заставить быть «правильным». Удобным, послушным, безопасным. И это не про ребенка. Это про наши взрослые страхи и тревоги. И конечно, усвоенные с молоком матери и ремнем отца модели воспитания.

Дети – чуткие, отзывчивые на тепло существа. Не на вседозволенность. А на тепло. Они слышат и понимают вас. Если объяснить и донести. Если понять, как они устроены, и донести именно на их языке. Наши взрослые аргументы про безопасность, время, ответственность, нормы приличия им невдомек.

И здесь я отдельно хочу сказать про особую потребность малышей от года, которая может стать универсальным языком общения родителей с детьми, – потребность в игре.

Видели, как волчата возятся и играют, кусая друг друга и опрокидывая на землю? В игре они учатся навыкам взрослых волков (охота, схватка и т. д.). Так же и дети в игре учатся быть взрослыми. Именно в игре лучше всего усваивается информация. Именно игра поможет договориться с ребенком в любой ситуации. Малыш не хочет идти ножками? И откуда только силы берутся, если побежать с ним наперегонки вон до той белой машинки? А потом вон до той синей. А потом еще до красной. И вот уже и дом. Мимоходом цвета выучили.

Вы 10 раз сказали одно и то же и ребенок не отреагировал? А у него точно есть мотивация? Ему интересно то, что вы предлагаете? Ему понятно, зачем это делать? Нет, не чтобы не опоздать, а то бабуля обидится. Это непонятно. Это сложно и недоступно маленькому человеку. Это не оправдывает страдания от натягивания колготок и комбинезона. А вот сборы принцессы на бал – это, конечно, другое дело.

Мы разберем эти способы подробно в следующих главах, а пока мне хочется сказать одно: в конечном итоге ребенок хочет видеть, что взрослому с ним хорошо. Что он получает удовольствие от общения со своим ребенком. Так малыш и считывает любовь взрослого. И именно это, по сути, самая большая проблема для многих родителей. И именно об этом мы будем говорить во второй части книги.

Вспомните себя в самом раннем возрасте. Чего вам хотелось? Вспомните несколько ситуаций, когда вам было плохо, когда чего-то страшно хотелось, когда вы устраивали истерики. Какое желание было в основе всего? Как вы сообщали взрослым о своих потребностях?

Возрастные кризисы

Современные родители, имеющие крайне скудный опыт общения с детьми к моменту рождения собственных, часто теряются, сталкиваясь с истериками, агрессией и непослушанием. Они с ужасом наблюдают ревущего навзрыд и топающего ногами ребенка, мысленно принимая награду «худший родитель года».

Плохое воспитание? Травмы привязанности? Мы же начитанные, мы знаем, что в ряде случаев такое поведение связано с тем, что ребенок за нами «не следует», проверяет привязанность. Только нигде не написано, как отличить это от недосыпа.

Неврология? Педагогическое фиаско? Какие еще причины, разрушающие родительскую самооценку, первыми приходят в голову?

А ведь в большинстве случаев так проявляются пресловутые возрастные кризисы. И наша задача – постараться не закрепить такие формы поведения своими чрезмерными или непоследовательными реакциями.