Патрик прикурил сигарету.

— Так, это мне понятно. Пещера вряд ли имеет какое-то отношение к Вавилону, как, вероятно, и ложа. Но что я хотел сказать: может, историю о Вавилонской башне придумали позднее, потому что она подходила как нельзя кстати. А вдруг первоисточником и была наша пещера?!

Патрик заметно разгорячился.

— Может, этот C.R.C. был основателем ложи и в свое время собственноручно расписал стены и потолок пещеры. Вдруг он хотел передать своим сторонникам, или ученикам, или кому-нибудь еще какую-то особенную тайну? А та заговорщицкая Рене считает себя его последователем. Но, к сожалению, сведения о том, где находится пещера, были утеряны, и взамен исторической пещеры придумали легенду о Вавилонской башне. Это и масонам, честно говоря, больше подходит.

— Да, звучит вполне правдоподобно. Что касается меня, то я не боюсь абсолютно никаких необычных причинно-следственных связей. Но история возникновения ложи, основывающаяся на столь древней легенде, кажется мне весьма сомнительной, если не нелепой. — Специальным приспособлением Питер загасил огонь в трубке. — Если бы мы могли определить возраст надписей в пещере, это помогло бы нам подтвердить или опровергнуть вашу теорию.

— Кроме того, хорошо бы знать, о чем говорится в текстах, — добавил Патрик. — Если какая-то тайна и есть, то наверняка она кроется в них.

— Да уж, помощник-лингвист становится нам нужнее с каждым днем.

Глава 8

5 мая, офис мэра, Сен-Пьер-дю-Буа.

Утро было прохладным, а ночью легкий туман затянул улицы города. В воздухе пахло пиниями и влажной землей, но и офисе Дидье Фавеля, несмотря на распахнутые окна, висел тяжелый запах мастики, пыльных кожаных кресел и дубовой мебели.

— Я очень рад, что вы приняли мое приглашение, — сказал мэр, — пожалуйста, садитесь. Вы, должно быть, очень заняты, и поэтому я не хотел бы долго задерживать вас. Может, вы уже сейчас сможете рассказать мне о ваших достижениях. Я, конечно, совсем не специалист в этой области, поэтому пригласил на нашу встречу Фернанда Левазье — главного лесничего.

Мэр повернулся к неотесанному мужчине с окладистой бородой, который совершенно невыразительно сидел за письменным столом. Из-под засученных рукавов рубашки торчали мускулистые волосатые руки, которым мог бы позавидовать даже самый сильный лесоруб.

— Он дипломированный биолог и занимается проблемами окружающей среды во всем районе Сен-Пьер-дю-Буа. Я попросил его освободить немного времени в ближайшие дни или даже недели, чтобы быть полезным вам.

Исследователи переглянулись. По лицу профессора пробежала улыбка, и он обратился к биологу.

— Профессор Питер Лавелл, очень приятно. Позвольте представить моего коллегу — инженера Патрика Невро.

Биолог кивнул.

— Ну, и как продвигается ваше исследование? — не унимался мэр, погружаясь в свое кресло.

— Месье мэр, — начал Патрик, — для начала мы хотели бы поблагодарить вас за то, что вы нашли время, чтобы ознакомиться с нашими сухими научными выводами.

Дидье Фавель улыбнулся и погрозил своим жирным пальцем.

Патрик открыл папку с документами, в которую выборочно были отложены бумаги, подготовленные организаторами проекта. Среди прочего там лежали и ничего не значащие снимки фрагментов леса, ограждений и разделительные колышки.

— Мы бы не хотели обременять вас этим, — продолжил Патрик, порылся еще немного в папке и захлопнул ее, — короче говоря, мы продвигаемся очень медленно.

— Что, простите?! — щеки мэра налились кровью, и он резко наклонился вперед.

— Мне очень жаль расстраивать вас. Ввиду начатой процедуры мы вынуждены довести до вашего сведения, что ранее оговариваемые нами сроки теперь кажутся нам нереальными.

— Что вы хотите этим сказать? — глаза Фавеля сузились и взяли Патрика под прицел.

— Лучше проинформировать вас об этом сейчас, пока мы можем еще что-то сделать и пока не стало слишком поздно…

Патрик выдержал театральную паузу, а Питер задался вопросом, для чего его коллега затеял эту игру. Исследователи заранее договорились, что выступать перед этим легко возбудимым мужчиной будет именно Патрик. Несмотря на нахальное поведение, у него, безусловно, был опыт ведения запутанных деловых переговоров. А вот Питер не обладал такими способностями из-за своей сдержанной или скорее надменной манеры поведения. Питер мог либо объяснять какие-то вещи, либо, наоборот, выслушивать объяснения собеседника. Компромиссы, лесть и дерзкая ложь отнюдь не были его коньком, в отличие от Патрика.

— Ясно, что мы не сможем устранить проблему до конца этой недели, — сказал Патрик. — С нашей стороны мы делаем все возможное, но нам нужна и ваша помощь.

На лице мэра появилась самодовольная улыбка.

— Что я могу сделать для вас, господа?

Умелый шахматный ход, подумал Питер. Естественно, никакой договоренности об окончании проекта на этой неделе и не было. А Патрик даже сумел выйти из ситуации с поднятой головой, учитывая что на руках у них не было абсолютно никаких результатов. Несмотря на это, они смогли получить поддержку этого человека и обратить ее себе на пользу.