Если женщина чувствует себя хорошо, она представляет собой целый мир, особую силу, способную к любым свершениям, важно только, чтобы к самой себе она относилась бережно. Женщина должна знать свои достоинства и уметь их защищать. В социальных или даже любовных взаимоотношениях с мужчиной для установления хороших контактов она должна уметь его использовать, но для этого ей сначала нужно понять, как использовать самое себя. Итак, женщина может эффективно использовать всех остальных, если прежде научится использовать саму себя. Экономика продвижения вперед познается на основе экономики собственной экзистенциальности.

Если оператор – онтопсихолог, ученый, экономист, преподаватель и т.д. – не контролирует биологическую и психологическую целостность с сексуальной точки зрения, то все пропало. Необходимо преодолеть благодать или обман со стороны женщины. Это касается как чисто женских отношений, так и отношений между женщиной и мужчиной. Точность оператора прямо связана с его биологическим и психическим здоровьем, без которого он ничего не сможет реализовать, особенно в области чувств, любовных отношений, секса, ибо ошибка всегда кроется в них. В сексе содержится коэффициент жизни, первый момент перехода. Следовательно, порча источника приводит к загрязнению всех его притоков.

3.1.4. Белый эротизм[82]

Отношение большинства людей к телу, в том числе и к своему собственному, зачастую отстраненное и невежественное. Человек познает тело как очевидно выраженную биологическую неизбежность, потому в его сознании рот служит для того, чтобы есть, или целовать, или кусать и т.д.

Функции тела соответствуют животной природе. Тело обладает своим удовольствием, оно обогащено своим биологическим стилем, но возникает вопрос, как ум, то есть онто Ин-се, проживает свою сексуальность, учитывая то, что человек – существо социальное? Человек является личностью в той мере, в которой он устанавливает отношения с социумом, в том числе такие, в которых обязательно присутствует высший разум.

Рассмотрим в качестве примера слово. Одни слова используют младенцы («мама», «папа»); другие составляют разговорный язык определенного уровня, вплоть до сложнейших синтаксических конструкций, то есть виртуозную речь, превосходящую даже мастерство риторики. В одном и том же значении слово может принимать различные оттенки: одни люди произносят его отрешенно, так сказать, сотрясая воздух, другие же, напротив, с помощью слова прикасаются к некоему смысловому кванту, активному значению, поэтому слово – в момент его использования – уже оказывается оставленным.

Необходимо установить встречный контакт с отсутствующей вечностью, которая создает феноменологическую причинность. Большинство же людей, наоборот, использует слова на основе внешних поведенческих проявлений.

То же самое относится и к сексу, основанному на поведенческой психологии. Под поведенческой психологией здесь я имею в виду определенный способ прикосновения к телу, по памяти или вызванный навязчивым повторением комплекса. В этом случае даже если в поведение и вносятся какие либо изменения, они затрагивают объект, который не предрасположен на них откликаться.

Все трактаты, включая Камасутру, детально описывают разного рода ласки, имеющие эзотерическую природу, но, как бы то ни было, не сосредоточенные на трансцендентном объекте.

У любого тела, особенно женского, в его соматической идентичности есть эмоциональные, легко различимые переменные, в диапазоне от спокойной неподвижности до ангелоподобия, похожего на многозначительные индукции насыщенного эротизма. Изменения иногда сохраняются в течение двух недель, иногда – трех месяцев и т.д.

Это сезонные изменения, не имеющие никакой связи с менструациями. С моей точки зрения, менструации всегда остаются чуждыми человеческой природе и ни в коей мере не совпадают с сексуальным фактором.

Одно и то же тело обладает переменными смысла, переменными действия, но для их понимания необходимо устранить комплекс, бихевиоризм, стереотипы, монитор отклонения.

Даже при условии полной предрасположенности тела, достаточно бросить взгляд или дотронуться до одной из тех традиционных точек, учитываемых бихевиоризмом, чтобы настоящий пафос, настоящий эрективный лиризм оказался отравленным. Тело подобно клавиатуре, на которой надо сыграть музыку со своей мелодией и своим настроением, поэтому для усиления эмоциональной выразительности существует четко определенный момент. Великий музыкант должен сыграть «ре»; сыграв «ми» или «ми бемоль», он сфальшивит.