Читаем Проект полностью

Какой же тяжелый этот рюкзак. Кое как дошел. Чисто на эмоциях, высказанных на весь лес. Молча, не дошел бы. Привет коса! Что торчишь просто так? Могла бы и дров собрать для костра. Как неродная блин. Не вижу слёз радости. Иди подумай над своим поведением вон там. А я тут пока привал устрою.

Во что бы такое попасть? Где мишень нормальную найти? Вот тупизна. Я ж её с собой притащил. До сих пор спина неродная. Где там эта грибная шляпка? Вот сюда её прислоню, отойду вот сюда, где камней побольше и приступлю к упражнению.

Приступлю (нецензурно)! Скорее притуплю не по детски. Совсем забыл, что она резиновая. Первые несколько снарядов ушли в молоко. А тот, который попал, отскочил от мишени и чиркнул меня по панамке. А если бы в глаз? В такую мишень можно только из окопа стрелять. В полный профиль. Рыть окоп мне почему то совершенно не хотелось. Ну вот не знаю почему. Ленивый наверное стал. Буду стрелять просто в дерево. Вот в это место. Авось попаду.

Стрелял, пока руки окончательно не отвалились. Вон они валяются. Спина не гнется, глаза на резкость не наводятся, даже, ноги дрожат. Они то с чего? Надо передохнУть. Или передОхнуть. Как получится. Костёр нужен мне? Посмотрю по состоянию. Если сил хватит. И жрать опять хочется. Это который раз за сегодня? Способности к математике тоже отвалились. Разобрался на запчасти блин. За то, стал уверенно попадать в круг, размером с мою бестолковку двумя камнями из трёх. С расстояния в 10 шагов. Для себя решил, что пока не попаду в мишень десятью снарядами подряд, я отсюда не уйду. Круглые снаряды бывают только здесь. С собой много не возьмёшь. Пулять их с синее небо - слишком расточительно. Значит, придется тут ещё слегка задержаться. Бедное дерево. Оно мне этого не простит.

10

Четыре дня! Целых четыре долбаных дня я стрелял в несчастное дерево. Стрелял не с какого нибудь определенного места, а с тех мест, где оставались под рукой подходящие камни. Ну ладно. Не четыре дня. Только три с половиной. Пока бедное дерево, наконец не рухнуло. Состояние полного изнеможения стало привычкой. Плохо гнущиеся руки - вполне нормально. Стрелял и с правой и с левой руки, по этому руки уставали одинаково. Чувство дикого голода - по 7 раз на дню. Питался опостылевшей рыбой не обращая внимания на вкус, цвет и степень прожарки. Про соль вот только вспоминал периодически. Придумал только попробовать посолить и засушить рыбу. Закопать сырую рыбу в песок на пару - тройку дней. Авось просолится. Песок с рыбы потом и стряхнуть можно будет. Только вот сидеть на этой проплешине целых три дня - мне было не интересно. Наловлю рыбы, отнесу к соленому песку, закопаю её там и уйду. И так времени потерял целую кучу. Рогатка показала себя лучше всяких похвал. Резинка то есть. До сих пор не порвалась. Выглядит, конечно, не очень. Но всё еще живая.

После первого дня стрельбы, я перестал испытывать жалость к дереву. Винил его в своих промахах. После второго - стал его ненавидеть, хотя промахи стали редкостью. На третий день вид дерева приводил меня в бешенство. Нужно ли объяснять, что я не забывал комментировать свой взгляд на мир. Не знаю почему, но на второй день появились непонятные эффекты. Некоторые выстрелы перестали походить на нормальный полёт камня. Визуально, там летали уже не камни, а что то другое. Камни в полёте меняли цвет и форму, оставляли после себя визуальные следы. Видимо, мозги тоже сильно уставали. Придумывать на ходу такие цветистые обороты и испытывать настолько сильные эмоции. Когда я падал без сил от усталости, сил во мне не оставалось нигде. Ни в руках, ни в ногах, ни в мозгах, ни в языке ни в лёгких.

На четвертый день бешенство сменила холодная и отстранённая ярость. То же бешенство, только очень расчётливое. Я холоднокровно и расчётливо начал добивать израненное дерево. Последние два выстрела окрасили снаряды красным и голубым ореолом и пробили дерево насквозь. На выходе из дерева снаряды рассыпались в песок. После этого гигант пал, чуть не завалив собою костёр.