Читаем Продолжение души полностью

В 1995 году мне исполнилось 70 лет. По всем понятиям - это старость. Я тоже это понимала, но не чувствовала, может быть потому что жила только театром, только ролями, только мечтами о спектаклях, не было бытовых забот, связанных с детьми и внуками. Жизнь с мужем была такой же, как и в самом начале. С моей стороны, очень незначительное внимание к быту и исключительное - к театру. Не любя никакие праздники и юбилеи, связанные с собой, я ничего не праздновала, не было у меня ни юбилейного спектакля, ни юбилейного вечера. В день рождения я играла "Воительницу", и молодые актеры тепло и мило поздравили меня после спектакля. В печати и на телевидении мне уделили доброе внимание, за что я, естественно, была очень благодарна.

В это время В.Н.Плучек решил подарить ряду актеров бенефисы, то есть мы сами могли выбрать пьесу, роль и режиссера. Я стала снова и снова перечитывать пьесы, чтобы найти роль, где я могла бы выразить себя, и в то же время эта пьеса должна была быть не противопоказана нашему театру. Случайно прочитала пьесу Жана Кокто "Священные чудовища". Какое безумие хотеть сыграть роль Эстер! Но это безумие охватило меня. Эстер - актриса на вершине славы, но возраст и мысли, связанные с возрастом, где-то внутри подтачивают ее. От этого такое внимание к старухе, которая, сидя на спектакле, пожимала плечами и вызывала смех зрителей. Это произошло впервые - от этого страшно. Молоденькая девочка, влюбленная в талант Эстер, по-детски безжалостно говорит о том, что любимый муж Эстер изменяет ей. Это унижение надо скрыть, эту боль нельзя показать. Моя героиня испивает чашу горя до дна и сама ставит себя в невыносимые обстоятельства, словно летит в пропасть. И лишь раз прорывается ее отчаянье, когда она уходит из дома от любимого, но предавшего ее человека. Но все равно Эстер остается победительницей, и публика счастлива ее победе. Роль удивительно прекрасна, в ней все: женственность и ум, мужество и затаенное горе, гордость и сила духа.

Ставил это спектакль Александр Вилькин, с которым у меня была счастливая возможность работать над ролью Раневской в спектакле "Вишневый сад", поставленном им в польском городе Щецине.

В "Священных чудовищах" он снова своей верой в меня, в пьесу снимал с меня излишнюю чувствительность, придавал мне европейский лоск, уверенность и элегантность. Последнему очень способствовали потрясающие своей красотой и изысканностью костюмы Дины Могильницкой, которой я обязана чувством уверенности и счастья, что внешний облик очень помогает мне на сцене.

Все партнеры мне безгранично дороги, особенно Юрий Авшаров, с которым когда-то, лет 40 назад, играла влюбленную в него Наденьку Кленову в спектакле "Белый телефон". Работали мы, любя друг друга и радуясь успеху и самого спектакля, и каждого его участника.

Рецензий на спектакль "Священные чудовища " было много, и все хвалебные, но я до сих пор не знаю, правильно ли я поступила, не поблагодарив ни одного из рецензентов (я их, естественно, не знала) по телефону за те высокие оценки, которые нечасто бывают в жизни актера. Я не знаю, как в таких случаях полагается поступать, во всяком случае, я это сделала от скромности, а не от неблагодарности, не считая для себя приличным оценивать лестные слова в мой адрес, а слова часто были удивительными...

Вот уже четыре года я играю эту роль, и каждый раз, стоя на верху лестницы, откуда я выхожу на начало спектакля, я прошу у Бога силы, благодарю его за счастье, смотрю в полутьме на еле освещенные декорации, олицетворяющие театр, что-то недоделанное, неоформленное мерцает за кулисами... Но вот зазвучала музыка, она иронична, будто говорит зрителю: "Вот сейчас перед Вами развернется довольно банальная история, почти житейская: пожилые супруги, молодая красотка, измена мужа, страдание и унижение жены и ее гордая - до вызова судьбе - борьба". Ах, как все знакомо, но какими необычными оказываются поступки и реакции человека, раненного в самое сердце. Мы все так мало знаем себя, а в нас так всего много, чего мы сами от себя не ожидаем. Да и эта роль неожиданна и для меня, и для публики. Я в жизни ничего подобного не испытывала, не чувствовала себя звездой, не была ранена изменами, не могла себе представить, как бы я поступила в такой ситуации... И вдруг я чувствую, что понимаю свою Эстер, понимаю ее страстное желание испить свою чашу страдания и унижения с поднятой головой и открытыми глазами, принять жизнь, если суждено, ударом в сердце.

В конце спектакля, особенно, когда зал полон до отказа, в мой последний выход под аплодисменты и крики "браво" я спускаюсь по лестнице победительницей, я не чувствую лет, не чувствую веса, я лечу навстречу любви.