Читаем Продолжение борьбы полностью

— Я понял, дам тебе человека, который снимал его. Он поедет с тобой. Едешь с утра, на планёрку не ходи, вместо себя оставишь Никиту Сергеевича. У меня пока другие дела. Ну а как отвезёшь, сразу же обратно — на комбинат. Пока братишка, он за тобой. Потерпи недолго, всего пару-тройку дней.

— Всё понял, командир, так и сделаем.

— Тогда распорядись Саиду встретить. Надеюсь, вы оба — сможете опознать прибывших. В Самарканде — трое, а в Акташе — двое. Ключевые слова: в Самарканде — замок — Карим, в Акташе — Войцех — Карим. Запомнил?

— Нет проблем.

— Ну, тогда удачи, с богом. В случае нештатных ситуаций сообщишь мне. Возьмёшь машину с рацией. Это же передашь и Саиду.

Был двенадцатый час, когда Карим вспомнил, что не ужинал. Спустился вниз. Александр со своим помощником о чём-то судачили. Увидев его, вскочили:

— А я всё жду, когда Вы ужинать придёте, — немного растерянно произнёс Александр.

— Дел было много, вот и заработался.

— Я сейчас, как говорится, «один момент», у меня в принципе всё готово, только разогреть. Гуля прислала и наказала строго-настрого покормить, а то говорит: «Он у тебя не только бесхозный, но и ещё голодный».

— Скажет тоже, голодный! Да наш командир — такой же брат, как и мы все! Не так разве?

— Всё правильно, братишка, проверено и не раз. Но с женщиной разве поспоришь?

Александр улыбнулся:

— Это точно, как она в этих торговых заведениях всех загоняла, сначала продавщиц, затем и хозяев. «Я хозяину комбината выбираю, а не кому-то. Он же за всех старается, а вы ему какие-то тряпки подсовываете. У него нет времени в Париж, слетать, там одеться, а вы тут жмётесь». Ну они, после таких слов, вовсю старались, все свои загашники повыворачивали. Полдня осматривали с ней эти закрома, еле-еле отобрали. Вы-то хоть видели, что она Вам выбрала?

Карим виновато развёл руками:

— Пока ещё нет, только вот прервался, вспомнил, что пора и поужинать. Александр ухмыльнулся и иронично протянул:

— Пора и поужинать. Да все уже спят давно…

— Ладно, не сердись. Вот притащим бая на суд, тогда и будем ужинать вовремя.

— Да уж, вовремя… человека не переделаешь. Знаю. Но покупки-то посмотрите, примерьте. Она приказала, что не понравится, не подойдёт, отдать ей — она поменяет. Вон спрашивала уже и не раз, как дела?

— Ну и что ты ответил?

— Да что? Люди у него, работают, как освободится, так сразу и примерим.

— А она что?

— Наказала, сразу же ей сообщить, в любое время.

— Так, может быть, сразу поднимемся, померяем, а затем поужинаем.

— Нет, командир, сначала поешьте, сколько времени во рту ни крошки. Никуда эти тряпки не денутся, подождут. А она всё равно спать не будет, будет дожидаться… так сказала.

Карим покачал головой:

— А эта командирша — похлеще меня! Смотрю, и мною командовать собралась.

Александр замялся:

— Да она же хочет, как лучше. В общем-то, всё правильно говорит — женский глаз лучше всего видит.

— Ладно, давай поужинаем, а то остынет, а тряпки никуда не убегут.

Через полчаса он, тоскливо вздыхая, мерил покупки. Ему это быстро надоело, предложил:

— А давай скажем, что всё отлично подходит.

Александр замахал руками:

— Да Вы что, а вдруг увидит, что рубашка там морщит или где-то, как его, тянет. Да она меня…Так будет за это «шпынять»: опять не доглядел, ему не до этого, а никто и не может помочь человеку.

— Ладно, продолжим это мероприятие.

По его мнению, всё было впору, всё хорошо. Но его помощник, видимо за эти полдня значительно расширил свои познания в этом направлении, потягивал рукава, оглаживал плечи, застёгивал воротник, обходил, морщился, несколько рубашек отложил и довольный пробубнил:

— Вот, пусть меняет. Только Вы, командир, кого-нибудь другого с ней пошлите, а то она всю душу вымотает своими покупками.

— Ты уж извини, Александр, дело это хоть и пустяковое, но её нельзя оставлять без надёжного человека, сам же знаешь, какое дело у неё за плечами, мы не можем рисковать ею.

— Так-то оно так, но уж больно «муторно» всё это наблюдать и слушать, — обречённо махнул рукой, — ладно, командир, чего уж там, я всё понимаю.

— Ну и отлично. А вот трусы, майки и носки, я по паре померяю и хватит, чего их примерять-то?

Александр, которому тоже надоела эта примерка, примирительно махнул рукой:

— Пусть будет так.

Вскоре, с тремя рубашками на возврат, он ушёл. Карим собрал покупки, разложил их в шкафу и улёгся спать. Утром привёл себя в порядок, позавтракал и уселся с пришедшими коллегами.

Как всегда, начали разговор об обстановке. Она почти не изменилась — попытки терактов продолжались, правда, в меньшем количестве и с меньшей ожесточённостью. Это было связано с очевидным «упадком духа» в воинстве Икрама, падением дисциплины, всё как бы делалось «спустя рукава», под принуждением, давлением. Но одно обстоятельство всё-таки настораживало: около объектов появились малочисленные группы, которые тут же исчезли при малейшей для них опасности, причём боевики этих групп явно не принадлежали к байскому воинству.

Василий уверенно заявил: