Медянская отшатнулась от окна и тут же подалась вперед. Этого оперативника она узнала сразу. Именно он задерживал Медянскую и, кажется, отзывался на имя, точнее, отчество Саныч. Ей было плохо видно, что происходит, но она слышала крик и треск веток. Кто-то, сцепившись, катался по земле под деревом, а к вступившему в схватку оперативнику уже бежал со стороны улицы его напарник, на ходу выдергивающий из-под пиджака пистолет. Тот, видимо, зацепился, и опер орал на всю улицу:

— Стоять! Стреляю! А-а-а! Замочу-у-у! — и при этом все время силился высвободить свое оружие, зацепившееся за подкладку пиджака.

Потрясенная Медянская замерла. Она понимала, как много тайн разрешится, как только на этого человека наденут наручники. И тут Саныч, возившийся с захваченным врасплох незнакомцем, вдруг взвыл во весь голос:

— А-аа-а-а! Суу-у-у-ка-а-а-а! Ру-у-у-ка-а-а!

В тот же миг Вика увидела, как тень — все та же тень! — выскочила из куста и пролетела мимо бегущего на нее оперативника с застрявшим пистолетом. А еще через мгновение все было кончено. Тень исчезла, а наконец-то вытащивший пистолет, но безнадежно упустивший беглеца оперативник склонился над поверженным коллегой:

— Саныч, ну что там? Ты как?

— Нормально. Только эта тварь меня ударила и цапнула за руку. Смотри, чуть палец не откусил. Вот гнида! А ты где был?! Ты куда смотрел? Почему опоздал? Что теперь Дмитричу скажем? А? — Саныч встал с земли, отряхнулся и потер руку.

— Слушай… я бежал… Ты же рванул сюда… ничего не сказал… — Коллега размахивал теперь уже негодным ни к чему пистолетом и пытался что-то объяснить.

— А ты что, мать твою, не видел, как он прячется? — поморщился Саныч и вдруг нагнулся и подобрал какой-то предмет. Потом еще один.

— Я-то видел… — начал было напарник, все еще ошалело оглядываясь по сторонам, но его и так бессвязную речь прервал голос Виктории:

— Кха-кха! Господа. Может, вы подниметесь ко мне? Предлагаю чашку кофе. А заодно расскажете, что вы делали здесь на моих глазах.

Оперативники подняли глаза. Медянская закурила уже новую сигарету и, улыбаясь, рассматривала своих защитников.

— Здравствуйте! — буркнули они хором.

— Прошу вас, господа, поднимитесь ко мне. Ей-богу, вам здесь будет удобнее все обсудить. Заходите. Я открываю.

Виктория исчезла в окне, а мужчины переглянулись и, подталкивая друг друга, побрели к подъезду.

Живой

— Еще чашечку?

Медянская впервые ухаживала за оперативными сотрудниками, которые пытались на ее глазах задержать «того, не знаю кого». Они сами затруднялись описать этого человека. Одет в плотный спортивный костюм с наброшенным капюшоном, скрывающим голову, шею и половину лица, — вот, собственно, и все.

Подбежавший чуть позже оперативник вообще по секрету сказал Санычу, пока они ехали в лифте, что увидел человека без лица. Саныч не верил в мистику и всякую оккультную чушь, но, как назло, в это утро услыхал в автомобиле астрологический прогноз, который теперь навязчиво внушали по каждому радиоканалу. Так вот там сказали, что его ждет встреча с опасностью, от которой его спасет прекрасная дама. Медянская, безусловно, была очаровательна и обворожительна.

Но главное — Санычу не терпелось рассмотреть находку, которую он обнаружил на месте схватки. Дело в том, что в процессе борьбы он выронил свой мобильный телефон. Поднимая его, он тут же обнаружил и второй. Видимо, этот аппарат выпал уже из кармана «человека без лица». Говорить об этом вдове, конечно же, не стоило, хотя ей явно хотелось их помучить расспросами. Саныч отставил выпитую молча чашку и помотал головой.

— Нет. Хватит. Нам идти надо, — дернул он за рукав напарника, который хрустел уже пятым печеньем.

Тот тут же замер и отставил чашку:

— Да. Виктория Владиславна, мы должны в контору вернуться.

— Станиславовна, — поправила Медянская и грустно добавила: — А я думала, вы мне сейчас расскажете захватывающую историю о том, как вы его выследили и задерживали. Как он отбивался… Э-эх… — Она глубоко вздохнула.

Мужчины переглянулись. Подробностей своей «операции» они ей не рассказали.

— Да чего там рассказывать. Все как обычно. Вряд ли это, конечно, убийца. Но всякое может быть.

— Он ведь не первый раз у вас там пасся? — поинтересовался Саныч.

— Да, — кивнула Медянская, — а откуда вы знаете?

— Ну. У нас есть свои секреты. Так что же ему нужно было от вас?

— О! Если бы я знала! Я его сама пыталась спросить. Но вы помешали!

Вдова надула губы. Все ее попытки разговорить этих мужланов-оперов кончились ничем. Раньше ей это удавалось, хотя с оперативниками она столкнулась впервые.

— Вы не волнуйтесь, — заверил, поглядывая на часы, Саныч, — теперь у вас здесь будет пост постоянный. Наши сотрудники присмотрят. Не бойтесь!

— Хм? А я и не боюсь. Кто вам сказал, что я боюсь?

— Ну, все же… вы же дама… плюс ваш муж…

— Да? Вот как? — язвительно отозвалась вдова. — Органы озаботились моей безопасностью? А где же вы раньше были, органы безопасности? Дорогие вы мои? Почему мужа моего раньше не защитили? А? Скажите? Что молчите?

— Виктория Вячеславна… — начал было Саныч, но Медянская стукнула по чайному столику ладонью: