Охранники Алимджана давно находились в клубе. Часть приехали с новым увлечением хозяина — Климом Чуком, другие подъехали только что. В кабинете Гарика, как он и ожидал, первыми появились Саффар и Фарис. Тот, что коренастее и помордастее, и щетина погуще — Фарис, тот, что повыше и с ушами поломанными, — Саффар. Или наоборот? Гарик и сам затруднялся сказать, кто из них кто. Они пришли тихо и сразу же занялись проверкой клуба, и первым делом охранникам пришлось убрать всех лишних и повесить табличку «Закрыто. Частное мероприятие». Так оно и было: на вечеринку были приглашены только самые надежные и близкие люди. Человек сорок-пятьдесят. Но знали о ней все, кто следил за светской жизнью столицы.

Ближе к полуночи к клубу стали съезжаться гости. Они очень отличались от обычных гостей, которые приходят на семейные дни рождения. По их нарядам было непонятно, куда они собрались и какое мероприятие предстоит: не то именины, не то похороны. Все в одинаковых смокингах, лаковых туфлях, без женщин. Автомобили тоже были как на подбор. Самым скромным, не считая спортивного «Ягуара» адвоката Павлова, оказался бронированный «Мерседес лимузин» последней марки, который привез какого-то чиновника из администрации. Остальные приглашенные выбрали себе для перемещения на столь важное мероприятие «Роллс-Ройсы», «Бентли», «Порше Кайены» и несколько «Ламборгини». Пара гостей помоложе прикатили на совсем уж экзотических «Бугати Вейрон», каждая стоимостью по полтора миллиона евро.

Еще одна характерная черта отличала всех, приезжавших в эту ночь в клуб, — на одного гостя приходилось в среднем по два-три охранника. Поэтому количество гостей, заявленное на вечеринку, составило лишь сорок три человека. Остальные места заняли охранники и помощники.

Вечеринка начиналась в половине первого ночи. Гарик к этому моменту успел и протрезветь, и снова набраться какой-то дури. Смотрел осоловевшим взглядом на парад автомобилей, которые заполнили всю стоянку перед клубом: спасибо городским властям — не пожалели места. Бестофф по случаю торжественного визита одного из богатейших, а по некоторым тайным сведениям — все же самого богатого в России бизнесмена нацепил умопомрачительную бабочку в золотой горошек и вовсю готовил приветственную речь. Вот слова только все время путались в голове, совсем не слушались хозяина и скакали, как озорные воробьи с ветки на ветку. Гарик пытался хотя бы сосредоточиться на непростом имени-отчестве Фархутдинбекова, но и тут сознание уносило его то в фильм «Джуманджи» с Робином Уильямсом, то к Али-Бабе и сорока разбойникам. Как назло, в зале к моменту приезда хозяина вечера собралось как раз сорок человек. Об этом ему полушепотом доложил подбежавший администратор. А автомобиль Алимджана уже въезжал в ворота на территорию клуба. Гарик глупо хихикнул и подмигнул своему кривому отражению в отполированной латунной двери:

— Али-Баба и сорок разбойников делят страну дураков! Хи-ихи-хи!

Администратор отшатнулся:

— Гарик, может, вам лучше отдохнуть? Я все приготовлю в кабинете. А гостя мы встретим сами. Пойдемте?

— Не-а! Смотри, ковер-самолет уже прибыл. Сейчас джинн выскочит. Хи-х-х-хи.

Администратор сделал еще одну попытку увести Гарика, но было уже поздно, и как только на порог из своего «Фантома» выпорхнул поджарый спортивный виновник высокого собрания, Бестофф выпалил:

— Дорогой Алибабан Джуманджиевич! Ха-ха-ха!!! С днем рождения, вожделения и отождествления! Ох-хо-ха-ха! — директор и владелец элитного клуба закатился дурацким смехом.

Алим на секунду замер, оглядел нарядного Гарика и улыбнулся широкой белозубой улыбкой. Слишком широкой.

— Здравствуй, Бестофф! Ты, смотрю, все веселишься? Ай, молодец! Веселый парень, смешной. Дай-ка я тебя обниму! — Он схватил его в свои крепкие объятия и, стиснув посильнее, зашипел на ухо: — Будешь сегодня сам прислуживать! Понял, баран?! Еще рот разинешь, овца, глаза тебе высосу! — Он отодвинул обомлевшего Гарика, снова улыбнулся и добавил: — Давай веди, веди нас, хозяин! Гости, прошу, проходите.

Алим помахал чуть припозднившимся и стоявшим у крыльца пингвинам в смокингах — гостям и толкнул острым пальцем протрезвевшего Гарика под ребра:

— Ты не стой, не стой! Ходи вперед.

И двое телохранителей укрыли своего хозяина за спинами шестьдесят четвертого размера.

Звонок

Айе Кисс не хватало для исполнения своей заветной мечты — обучения вокальному мастерству у настоящих мэтров — совсем немного. Какие-то деньги она уже скопила, что-то все-таки нашла для нее Медянская. Оставалось чуть-чуть, так что предложение Мити Фадеева выступить в клубе «Гоголефф» этим вечером оказалось как нельзя более кстати. Алимджана, как заказчика, Айя не знала и даже не представляла, что он рассчитывает на гораздо большее, чем песни и танец. Она знала только то, что сказал Митя: стандартная площадка, обычный репертуар, если все пройдет без неожиданных срывов, гонорар удвоится, и еще такая же премия за предстоящее выступление в Монте-Карло — через неделю.