Читаем Продавец басен (СИ) полностью

Мы спешили за жабьими лапками по извивающемуся ходу, уворачиваясь по дороге от огромных червей и черных корней, свисающих со стен и потолка.

— Госпожа Всеболотная Тетушка прибывает к полуночи, и Зыбунная Морочина должна обеспечить идеальную, идеальную встречу! Вы из каковских будете?

— В каком смысле?

— Альвы, шишиги, тролли, кикиморы, али из ундиньего рода?

— Из ундиньего, — подумав, сказал я.

— Значит, на кухню вас без толку, вами огонь только пугать. Вот вам черепушка, отполируйте-ка в парадном зале всю болотную руду. И чтобы сверкало! Но не тратьте натирки много понапрасну, это лучший жир утопленников, такого еще поискать!

«Помогите Зыбунной Морочине устроить торжественную встречу Всеболотной Тетушки»

Вообще радоваться бы надо: столько квестов подряд. Наверное, здесь игроков мало бывает, они по реке на кораблях эти малонаселенные земли пересекают, вот и накапливаются квесты, зреют, как фрукты, чтобы упасть потом скопом на голову первому, сюда забредшему. Но я как-то не очень радовался — беспокоился за Гуса, который, надо сказать, выглядел довольно бледным, как будто сейчас сознание потеряет.

— Ты не бойся, — сказал я. — Сейчас все сделаем, а в награду они нас отпустят, думаю. Только ты у них мешок золота не попроси случайно.

— Пресвятая Амалея!Только дай отсюда выбраться — ни капли в рот больше!

Парадный зал был освещен куда как ярко — по углам там стояли мертвецы с пылающими головами, свет от которых освещал даже самые темные мшистые уголки. Туда-сюда по залу бегали слуги: тритоны и водомерки, таскали охапки тины и стебли кувшинок — на постели тетушкиной свиты, как пояснил нам Кошмар.

Болотная руда выступала из стен дырчатыми бобами и паутинными потеками, мы, взяв куски сухого мха, принялись надраивать ее натиркой из большого желтого черепа.

— Ни пива, ни вина, ни наливок… — бормотал Гус, орудуя мхом.

— Не надо давать обеты, которые не собираешься выполнять, — сказал я наставительно.

— Я не понимаю, господин. Ты, прости, хиляк и неженка, а не боишься этой бесовщины — почему?

— Ну, они паники не вешают, а с собственными страхами справиться можно. Хотя, конечно, местечко то еще.

— Это ж какие уроды только на свете бывают! Ты посмотри на эту, сзади человек — человеком, но что у нее со ртом?

— Из пиявок, видимо, барышня.

— Ни анисовки, ни водки, ни коньяка…

Через час за нами явился Кошмар и, придирчиво осмотрев начавшую поблескивать руду, отправил нас в подвал — ловить мокриц на сладкое. Мокрицы были размером с батон, бегали они шустро, только мы набили ими плетеную корзину, как нас отправили развешивать шторы из ряски и паутины; рядом хор лягушат репетировал приветственную песню, и старшина хора, гнилушка с рыбьим хвостом только успевала раздавать нерадивым подзатыльники за то, что квакают не в лад.

— Все, — сказал Гус, спрыгнув с лестницы. — Прямее эти шторы висеть не будут, потому как они сами кривые и косые.

— Вы почему еще здесь?! Ну-ка стройтесь к слугам! И как появится госпожа Тетушка — кланяйтесь так, чтобы плавники до земли свисали!

Мы встали рядом с группой тритонов, которые усердно пучили глаза на колодец в центре зала. Раздалось гудение, хлюпанье и щелканье, колодец раздулся и растопырился, и оттуда начали выскакивать стрекозы в камзолах, слизни в сапогах и жабы с веерами. Наконец, послышалось шипение и из колодца заструилось тело огромной пятнистой змеи.

«Всеболотная Тетушка прибыла!» — раздался глас, и все склонились головами или что там было вместо голов — до земли.

Змеища собралась в кольцо, ее костистая древняя морда с расширенными ноздрями заворочалась из стороны в сторону.

— Кошмар, старая образина! Почему у тебя тут живыми людьми смердит?!

— Никак нет, госпожа! Откуда тут живому взяться? Это совсем бы был непорядок, — затараторил Болотный Кошмар, галантно приложив руку к груди. — Эта вам, наверное, опосля пекла мерещится. Как там поживает Дяденька Нечистый и племянницы?

— Ты мне зубы не заговаривай! Я живятину еще никогда ни с чем не путала. Ну-ка, посторонись… ну точно! Эй, тех двоих, тащите сюда быстро!

В руки и ноги нам впились множество лапок, щупалец и клешней — нас притащили под очи Тетушки и швырнули перед ее хвостом лицом в мох.

— Эти-то? Да это ж кобели ундиньего рода, их с Лесного Озера в услужение прислали!

— Совсем ты ослеп и нюха лишился?! Да от них горячей кровью прет так, что слюнки текут!

— Простите! — сказал я, встал на ноги и поклонился. — Мы действительно живые люди, но мы помогали тут добровольно из почтения к вам. Наслушавшись чудесных историй про ваше царство и ваше могущество, вот.

— И от кого ты, жалкий лживый кусок мяса, про меня наслушался?! — пророкотала змея.

— От Речного Владыки! Он отзывался о вас с уважением! И дал мне вот это, чтобы к вам попасть!… — я сам не соображал, что несу, оказывается, и без дебаффа «Паника» я преотлично умею трусить до невменяемости.

Змея быстро наклонила голову боком и посмотрела одним огромным глазом на рыбий скелетик в моей ладони.

— И верно, это вещица с Речного Дна. Неужто старый хрыч возжелал мира?