Читаем Проданный смех полностью

– Ну да, конечно, – презрительно фыркнула Пеппи. – Я вот сразу могу сказать, кто убийца, не дочитывая всю эту лабуду.

– Ну хорошо. Смотри: пропала девушка.

– Красивая? – сразу же уточнила Софа.

– Ну-у, для кого-то красивая, а что?

– А то, что в книжках всегда пропадают только красивые.

– Она была умной, – дипломатично сказала я. – Писала книжки. И пропала. Затем выясняется, что жених женат.

– Тогда это уже не жених, а чужой муж получается, – рассудительно сказала Софа.

– Ну пусть муж. Но не ее, а одной девушки, отец которой криминальный авторитет. Они вместе не живут, Сергей встречается с пропавшей девушкой и работает в одной доходной компании.

– Бизнесмен?

– Нет, бизнесмен его хороший друг.

– Женат?

– Нет. Не перебивай.

– Я не перебиваю, я уточняю. Надо же мне знать детали. Он молод? Этот друг?

– Да, молод, богат, здоров и вообще – красавец, – Пеппи удовлетворенно кивнула. Видимо, расследование с таким героем не было для нее противным. – Во время уик-энда на даче друга, назовем его Алексей, случается вот что: у девушки пропадает телефон.

– Украли?

– Не знаю. Я тебе пока говорю условия задачи. Случается гроза, во время которой девушка загадочно исчезает, не оставив после себя и следа. – Пеппи насторожилась и слушала очень внимательно. – Находят записку с мистическим заклинанием, где указано, что в полнолуние что-то случится, о чем нельзя забыть. Так и написано: «Не забудь». Приезжает детектив, начинает расследование.

– С чего начинает?

– Во-первых, ищет выходы на парня девушки, так как девушка была очень скрытной, и родителям о ее компании ничего не известно.

– Подруги должны знать, – рассудительно предположила Пеппи.

– Детектив думает так же. И одна из них помогает ей первое время, пока сама не исчезает.

– Становится интересно.

– Есть еще три трупа: один московский, другие два здешние, – я вкратце описала подробности, без имен и особых примет. – Все компьютерные компании связаны между собой. Кроме того, есть не очень привлекательная, но очень озлобленная дама-следователь, которой очень хочется прижать молодого красивого Алексея к ногтю, для этого она вступает в заговор с первой пропавшей девушкой. Еще детектива пытаются отравить.

– Ничего удивительного, – пробормотала девочка.

– Его машина два раза попадает в аварию, второй раз детектив оказывается в больнице. – Пеппи покосилась на мою перевязанную руку. – Вот. И что ты скажешь? Кто убийца?

Пеппи задумалась.

– Можно я подумаю? – спросила она. – Мы все равно приехали, толкового объяснения не получится. Давай компьютер возьмем и потом поговорим.

Пеппи выскочила из микроавтобуса и деловито пошла к «Отто».

Я вошла вслед за ней в прохладный вестибюль, где не было практически никого. Ногу и заднюю часть спины некоего субъекта, который сидел под низким столиком, я не принимала в расчет. С ногой и тыльной частью полноценного разговора не получится. Нужна хотя бы голова и рот. Неожиданно дверь, которая, как я помнила, вела в техотдел, распахнулась, и оттуда вылетела взъерошенная блондинка Катерина. Я посторонилась, спрятавшись за шкаф. Не узнав меня, она пронеслась мимо, упала на стул за своей секретарской стойкой и разрыдалась.

Нога замерла, затем ее владелец присовокупил к ней остальные части тела и выбрался наружу. Выбирался он именно по частям, как богомол.

– Катюх, по какому поводу истерика?

– Он меня увольняет! – в отчаянии всплеснула руками Катя. – Представляешь?

– Гад, – очень тихо согласился парень, оглядываясь на опасную дверь, где увольняли, и подошел ближе к стойке. – А почему?

– Да хрен его знает, чего ему там не нравится, – размазывая коричневую тушь по лицу, плакала девушка. – Потому что свою Маришечку хочет взять.

Так я узнала, что в «Отто» появилось новое руководство, а Катерину теперь выживают, так как у нового директора есть своя секретарша.

– Дал две недели, а потом… – Блондинка всхлипнула. – А где я еще такую работу найду? Здесь и легко, и зарплата хорошая. С ребенком-то на руках? Нет уж, к черту, выгнал сейчас, сейчас и уйду! И плевать на все!

Я пожалела девушку. Насколько я помнила, кольца на безымянном пальце у нее не было. А в анкете непременно нужно будет указать, что ты мать-одиночка. Таких работников обычно на рынке труда пруд пруди, потому что работодатели предпочитают крепких молодых неженатых мужчин с мозгом-компьютером и бицепсами грузчика, желательно с наклонностями трудоголика. А таких вот стрекозок никто и брать не станет.

Я оставила Софу разбираться с компьютером, в это время его как раз погружали в «мерс», а сама незаметно вышла на улицу и вскоре дождалась, когда на пороге появилась заплаканная Катя, держа в худых руках объемный пакет с вещами и отдельно электрический чайник.

– Соф, я сейчас, – пробормотала я. Девочка понимающе посмотрела на меня и сказала, что подождет.

Гордо шмыгнув носом, Катерина направилась к остановке маршрутных такси, как я и думала. Тут я ее и догнала.

– А, это вы, – на этот раз она меня узнала. – А меня уволили. Вот такие пироги. Смена руководства…

Она тяжело вздохнула.

– А разве директор уволился? – невинно переспросила я. – Почему?