Читаем Проблемы выбора (СИ) полностью

Проклятье! Ощущение, что сердце сейчас выпрыгнет через рот и упадёт прямо под ноги этим... этим... д... д... демонам!!!

Дура! Какая же я дура! Я сделала самую большую ошибку в своей жизни!

Реальность дробиться на части, как мозаика, но кое-что доходит до моего сознаня. Слабый гул разговоров, нервные движения собравшихся в комнате людей.

Пять мужских силуэтов, уверенно приближающихся.

Многослойность их изысканых, в своей простоте, отделаных мехом, одежд. Кожа, замша, какая-то замысловатая броня. Оружие...

Ох, какие у них когтистые ручки, а какие у них гривы - у двоих тёмные, одна почти алая, одна - блондинистая и последняя... Точнее, первая...

Раскосые нечеловеческие глаза, с радужками неестественных цветов, в основном бледная кожа, один - очень смуглый. Дикая грация движений и подавляющее ощущение чужеродности.

Нет, у нас с ними определённо разные предки!

Если и есть кусочек общей ДНК - то он ничтожно мал!

Что-то говорит отец, не разберу что...

Всё внимание поглощено Обэ и его свитой.

Они сияют.

Нет, в самом деле - сияют.

Едва уловимое свечение: оранжевое, лиловое, зелёное - окутывает их. Похоже как играют под лучами солнца грани бриллианта.

Наконец набираюсь мужества сосредоточиться на идущем впереди свиты Обэ. Если у остальных свечение трудноразличимо, его то замечаешь, то оно ускользает от твоего внимания, то Обэ полностью охвачен ледяным голубым сиянием. Льдистое свечение - завершающий ньюанс его отталкивающей внешности.

Не могу больше осуждать Ли, за то, что сбежала...

Болезненно худой, тощий, высокий, выше меня на голову, длинные волосы свободно падающие за спину - седые... нет, цвета сырой извести. Открытое причёской лицо - всё углы и тени, кожа как у мертвеца, бледная. Под кожей проступает чёрным рисунок кровеносных сосудов. Там где не ветвяться тёмные ручейки, кожа снежнобелая, плотная. Белые брови вразлёт и глаза - текучая ртуть... Живая ртуть зрачков, с вкраплениями дикого жёлтого цвета. Воплощённое убийственное высокомерие и гордыня...

В детстве бабуля рассказывала мне сказки... Сейчас, едва взглянув на жениха, я его сразу узнала - Кощей Бессмертный.

Я как то вяло удивилась, почему окружающие не разбегаются в страхе? Почему мне обещали красавчика? Может меня глючит от перенапряжения? Не даром у меня ощущение что все нелюди окутанны незримой энергией, не магией - уверена, а словно... Ах, не знаю как описать! Все полны силы, кроме Кощея, он ощущаеться как поглащающая свет воронка стылой тьмы...

И с этой чёрной дырой я должна сочетаться браком?

Я вывернулась из руки отца и развернулась к столу с едой и напитками. Развернулась так резко, что пышные юбки взметнулись волной. Откинув с лица палантин и игнорируя поднявшийся шум я поторопилась к столу и уцепила первое, что подвернулось под руку - замысловатый хрустальный графин с узким горлом и толстенькими боками. Выдернув пробку и не проверяя содержимое хлебнула прямо из графина. О! Не вино, а какой-то ликёр... значительно покрепче вина... Отлично! На мгновение на салон опустилась шокированная тишина и я было задумалась о манерах, но руки так дрожали, что я и графин то с трудом держала.

Я продолжила жадно пить, нечувствуя вкуса алкоголя. Неожиданно у меня прояснилось в голове и я осознала: скажу я сейчас "Да" и я пропала, скажу "Нет" и я умру сегодня. Вот прям сейчас. Мысль была горькая и обжигающе ядовитая. Я вдохнула воздуха и снова приложилась к графину. Я торопливо глотала ликёр, опасаясь что нас вскоре разлучат, вкуса я по прежнему не чувствовала, но реальность стала размываться вокруг меня, наверное из-за выступивших слёз...

- Магали! - потрясённо-рассерженый возглас отца. Ему вторят шумные вздохи и восклицания людей.

Поворачиваюсь к отцу, не выпуская графина из рук, косой взгляд на дэлхассэ и снова тянет выпить. Как отец мог отдать дочь за... за... такое?! И что со всеми этими людьми? Почему они не кричат от страха? На их лицах скорее неприятие моего поведения, чем страх перед присутствующими нелюдями. Задумываюсь, может это я - самая ненормальная из всех присутвующих? Мысль уже не пугает так как ликёр очень крепкий и влила я в себя достаточно. Но всё же жаль что нас разлучают! Ох, мне вдруг стало так тепло! Гул голосов... Я бы могла сосредоточиться и понять, о чём идёт разговор, но не хочу понимать и специально позволюя звукам отодвинуться, превратиться в белый шум. Отец рядом, вроде молчит, пышет яростью и раздражением.

За спиной - затягивающая воронка тьмы.

Меня провожают-волокут к установленному в центре салона импровизированому алтарю укрытому пурпурной тканью.

О! Как это я его пропустила? На нём какие-то ритуальные предметы и книга. За ним очень важный господин. Хе-хе! Это ж священнослужитель...

Он что-то говорит, выглядит торжественно...

Рядом со мной, справа, высокая мужская фигура и это не отец. Хочу на неё посмотреть, но не могу. Священник что-то делает, потом зачитывает из большой книги с драгоценными камнями на переплёте. Что-то спрашивает... Кажеться - меня...

Слышу свой голос,говорящий "Да".