Читаем Про любовь полностью

В такие дни, как наступившее утро, зеркало надо вносить в список запрещенных предметов. Погода была прекрасна, принцесса была ужасна – сегодня это про меня. Хорошо, что времени до работы был вагон и маленькая тележка, и тонны косметики слегка исправили ситуацию. Я вообще-то не люблю краситься. Покупаю вечно горы косметических средств, и они честно валяются по косметичкам практически не тронутыми. И не потому что я считаю себя очень уж красивой или яркой, просто мне банально лениво. Я, вообще, патологически ленива во всем, что касается лично меня. Да и с детства мама не приучила меня к тому, что краситься и ухаживать за собой надо всегда, независимо от настроения и внутреннего состояния. Я немножечко даже завидую таким барышням. Ну, что делать – я не такая!

После ночи

Пока наводила боевую раскраску, прятавшую синяки глубокого залегания под глазами и другие следы мук моего несчастного организма, придумала, как мне казалось, очень умную вещь, которую и воплотила в начале рабочего дня. Когда ОН проходил мимо, я громко кому-то сказала, что вчера отключила телефон и отсыпалась. Сделать вид, что я совершенно выспавшаяся и бодрая, было, правда, нелегко, но дизайнерские (в смысле объема) чашки кофе помогли в решении поставленной задачи. А самое главное, что выглядело это ни странно, так как я его пью литрами в любом состоянии духа. Мои друзья даже первым делом со смехом сообщают официантам в кофейнях – «ей, пожалуйста, кофе внутривенно сразу же введите, чтобы не мучила вас весь остаток вечера».


На мою гениальную фразу он никак не отреагировал. Или просто сделал вид? Непонятно! В любом случае, потом ничего не произошло. И перед обедом я, не удержавшись, все-таки отправила ему сообщение с объяснениями. Он прислал: «ОК». Краткость может быть и сестра таланта, но явно не родственница спокойствия – даже не дальняя ни разу.


Ну, и лесом.


Вот иди ты долго в неизвестном даже тебе направлении и желательно не возвращайся оттуда совсем.


Ну, и сколько можно над собой издеваться? В конце концов, я уже не девочка восемнадцатилетняя, которая падает в обморок от счастья, нюхая подаренные ей ромашки. И уже как в те самые юные годы не могу не спать по несколько суток подряд, размышляя над неразрешимой проблемой – любит или не любит. И не на помойке же я себя нашла, в конце-то концов! Вот так бодро и даже немного агрессивно я провела остаток дня и даже проснулась от кипевшей во мне злобности.


Вернувшись в гостиницу, не пошла ужинать, чтобы не видеть его спокойное и счастливое выражение лица (назвала бы я его личико… да, не люблю хамские выражения!). Отправилась сразу же к себе в номер, сходила быстро в душ и легла спать. Делала я это все практически бегом, чтобы мозг не успел опомниться и придумать какие-нибудь серьезные объяснения его поступкам и моей неправоте. Загнав себя на скорость под одеяло, я поставила будильник и следующее, что помню – это уже его оглушительные утренние трели.


Я, вообще, не люблю утро. Даже по выходным. Даже если выспалась…


И неважно – какие радостные события ждут начинающимся днем. Утром все равно нет никакого желания что-либо делать. Глаза только открылись. И так хорошо, что хочется лежать в постели вечно. Но по каким-то совершенно несправедливым причинам все время надо вставать, расставаясь с такой прекрасной в этот момент подушкой, и куда-то бежать.


Хорошо бы проснуться, и сразу же наступал день. Когда мы уже бодры и веселы. Хотя может быть, в этом случае в список ненавистных мне вещей надо было бы включить еще и дневное время суток.


Второе место, куда я, попадая, всю свою сознательную жизнь хочу попросить политического убежища и никогда его не покидать – это душ. Я могу принимать его час и прекрасно себя при этом чувствовать. Может быть, еще поэтому я так не люблю утро. Мне приходится себя подгонять и покидать два своих самых приятных места в это время суток в ускоренном режиме.


Как будто кто-то включил «перемотку» на проигрывателе моей жизни. Ведь будучи классической совой, я всегда встаю впритык к выходу. А учитывая, что я еще и не крашусь – это примерно за полчаса до выхода. Чтобы сходить в душ, выпить кофе (сразу после пробуждения мой организм не в состоянии принимать пищу), одеться и выйти на улицу. Все сборы и любые необходимые дела я делаю по ночам. Я бы и кофе пила заранее – тогда же ночью, чтобы поспать лишних десять минут, если бы это было возможно.


В общем, проведя утренние экзекуции над собой, я отправилась на работу. И как обычно с утра пораньше – настроение было отвратительное. Я всегда восхищалась людьми, которые при первых лучах солнца буквально пышут энергией, улыбками и обладают прекрасным расположением духа. Я же, пока не пройдет часа три после пробуждения, и я не волью в себя пару литров кофе, даже видеть никого не хочу, не то чтобы кому-то улыбаться.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза
60-я параллель
60-я параллель

«Шестидесятая параллель» как бы продолжает уже известный нашему читателю роман «Пулковский меридиан», рассказывая о событиях Великой Отечественной войны и об обороне Ленинграда в период от начала войны до весны 1942 года.Многие герои «Пулковского меридиана» перешли в «Шестидесятую параллель», но рядом с ними действуют и другие, новые герои — бойцы Советской Армии и Флота, партизаны, рядовые ленинградцы — защитники родного города.События «Шестидесятой параллели» развертываются в Ленинграде, на фронтах, на берегах Финского залива, в тылах противника под Лугой — там же, где 22 года тому назад развертывались события «Пулковского меридиана».Много героических эпизодов и интересных приключений найдет читатель в этом новом романе.

Георгий Николаевич Караев , Лев Васильевич Успенский

Проза / Проза о войне / Военная проза / Детская проза / Книги Для Детей