В тусклом из-за густой пыли свете можно было разглядеть просторное помещение с деревянным полом и высоким потолком. К противоположным стенам было что-то привинчено… баскетбольные кольца? Они в спортивном зале? Странно. И прикольно.

Нил передал сестре сумку и спрыгнул на стол. Ощущение безопасности осталось снаружи вместе с солнечным светом. Внутри всем заправляли тени и пыль.

Глава 4

Пол покрывал толстый слой грязи. Осколки стекла поблёскивали под ногами. Стены исполосовала склизкая зелёная плесень, а на высоте около пяти футов помещение окаймляла тёмная полоса, напомнившая Нилу грязный обод на ванне.

Природа медленно, но верно захватывала здание. Когда-то натёртый до блеска деревянный пол вспучился из-за влаги после многолетних дождей. С потолка, подобно поздравительным баннерам, свисали длинные хлопья облезшей краски. Пол был усыпан обломками штукатурки. «Если бы кому-нибудь пришло в голову сыграть здесь сегодня, им бы пришлось вести мяч по полосе препятствий, – подумал Нил. – Какое наказание могло бы грозить игроку, запнувшемуся о кривую доску?»

Бри хлопнула его по плечу и, отдав сумку, молча на него воззрилась.

– Всё нормально? – спросил он, доставая из сумки фотоаппарат. Нил внезапно подумал, что он рад её компании… Пусть даже она увязалась с ними только из-за симпатичного парня.

– Куда теперь? – Она обвела взглядом помещение.

– Нилу нужны доказательства, – сказал Уизли. – Если Медсестра Джанет орудовала в детском отделении, то именно там мы её и найдём.

Нил поднял фотоаппарат и сделал пару снимков, после чего взмахом руки призвал их выстроиться в линию.

– Улыбочка!

Вспышка осветила комнату.

Они побрели по лабиринту коридоров, окутанному почти непроницаемой тьмой, и фонарик Нила оказался как нельзя кстати, помогая ориентироваться в проходах и огибать перевернутые каталки и покрытые толстым слоем пыли инвалидные кресла. Они поднялись по узкой лестнице, пугая пауков и насекомых. Нил держался начеку и старался сильно не размахивать руками и ногами на случай, если вдруг кто-то или что-то решит его схватить.

Их группа шла наобум, не представляя, в какой части здания находятся и куда направляются. Нил успокаивал себя, регулярно щёлкая фотоаппаратом. Как учили Алекси и Марк: «Никогда не знаешь, что попадёт на камеру».

– Ну и где обитые палаты? – спросил Уизли. – И кровь? Я пока не увидел ни одной капли.

– Точно, – подхватила Бри. – И никаких рисунков на лестничных пролётах. Я ожидала чего-то пострашнее. А тут просто грязно. – Нил прикусил язык. Судя по тому, как сестра липла к Эрику, ей на самом деле было не по себе. – И если бы я хотела испугаться грязи, мне было бы достаточно заглянуть под кровать Нила в Нью-Джерси. У него там накопилось столько пыли, что не удивлюсь, если в ней успела зародиться новая цивилизация.

А вот это уже был перебор.

– Очень смешно, – огрызнулся Нил. – Или мне рассказать им, что я нашёл под твоей кроватью в прошлом месяце?

– Не вздумай!

– У меня нет привычки всему верить на слово, – ловко вклинился Эрик. – Особенно насчёт этого места. Может, тут никогда и не было обитых палат. И кровавых пятен в коридорах. Но мы пока не увидели и одной десятой здания.

Нил глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

– Смотрите. – Уизли нашёл указатель.

Взрослое отделение →

Столовая →

Двор для прогулок ←

Детское отделение ←

– Круто, – прокомментировал Эрик. – Может, в столовой найдётся что-нибудь перекусить. Я бы сейчас не отказался от начос.

Бри хихикнула.

Уизли схватил брата за рукав и потащил за собой в противоположном направлении.

– Хватит, Эрик. Ты Нила с ума сведёшь.

Они пошли в сторону детского отделения.

С ума сведёшь.

Нил шагал во главе, спеша оставить эти слова позади.

Коридоры в этой части здания были длинными и прямыми, пол был покрыт выцветшим линолеумом, а вдоль стен стояли потрескавшиеся белые керамические вазы. Каждый шаг разносился по всему проходу, отдаваясь в ушах и будто отмечая секунды, оставшиеся до достижения цели, что бы она из себя ни представляла. Ребята шли молча – возможно, в знак уважения к тем, кто жил здесь раньше. Или из банального страха. А может, всего понемногу.

Нил отмечал повороты в блокноте, чтобы потом найти дорогу назад.

Он был мастером распознавания подсказок. С его мамой, Линдой, всё было в порядке вплоть до января, когда отец внезапно объявил, что уезжает. Нил прекрасно знал, что браки порой распадаются, но, как правило, этому есть серьёзные предпосылки – обычно ссоры и скандалы, судя по рассказам друзей, чьи родители развелись. В случае же их семьи подсказками для Нила служили напряжённое молчание за обеденным столом и долгие рыдания мамы по ночам, пока она не засыпала в изнеможении.

Нил закрыл блокнот. Вскоре их группа подошла к двойным дверям с панелями из армированного стекла, за которыми было видно просторную квадратную комнату. Её заливал солнечный свет из высоких окон в стене напротив. Эрик повернул ручку. В проём пахнуло чем-то сладким, почти до тошноты. Уизли чихнул.