Когда пошли по периметру пещеры, стало понятно, что она не такая маленькая, как показалось вначале. Стало ясно, что там не один, а несколько залов, в которых то тут, то там возникали ответвления, похожие на короткие коридоры. Пригодилась и палка, с помощью которой друзья поняли, что входы в коридоры были засыпаны недавно. По ходу движения Федор делал многочисленные снимки на американский Кодак. В одном из коридорчиков увидели еле заметную дырку или отверстие, из которого тянуло прохладным воздухом. Алексей предложил копнуть, но Федор резко его остановил. Движением головы он показал, что они не одни. Боковым зрением Алексей увидел человека, которого в их лифте точно не было. Он сделал вид, что в сторону русских не смотрит. И тут Алексей чуть не вскрикнул «Эврика». Тень незнакомца чуть отконтрастировала часть стены пещеры, на которую, со стометровой высоты, из купола центрального зала шахты, падал солнечный свет. Там проглядывались контуры буквы «М».

Глава 10. Срединная пирамида

Нежный предзакатный ветерок пробивался в салон машины через полуоткрытое стекло водителя. Он затейливо взъерошивал волосы водителя и пассажира и заносил с собой ароматные запахи с кукурузных полей и сочные ароматы свежей зелени с крестьянских огородов. По дороге то тут, то там у калиток изб и редких кирпичных домов стояли ведра с яблоками, пирамиды помидор и «гогошар». Цены вызывали только улыбку.

Федор попросил остановиться у развала гогошар и спросил Алексея, что это за фрукт такой, и с чем его употребляют. В ответе сразу прозвучали все рецепты жены. Она гогошары и мариновала, и запекала для икры по-севастопольски, и делала фаршированный гогошар с сыром и горьким перцем, а также заготавливала разносол что-то, наподобие сербской печеной паприки. Федор присвистнул и купил пять килограммов для Москвы. Пока все укладывали в багажник, московский гость незаметно просканировал обстановку на 360 градусов. Удивлению Алексея не было предела, когда Федор попросил ключи зажигания и сел на место водителя. В машине он негромко сказал:

– Похоже за нами хвост, один из «наружников» смахивает на мужика, стоявшего рядом с отметкой «М» в пещере. Сейчас мы это проверим. «Давно не брал я в руки шашки», – закончил он словами классика.

Семерка с дипломатическим номером резко рванула вперед, образовав за собой облако из пыли, которое полностью накрыло гору из помидор. На двухрядке «игра в шашечки» долго не получалась, большегрузы и фуры двигались с малой дистанцией. Но когда выехали на автобан, ведущий в Бухарест, ситуация прояснилась на сто процентов. Все движения «Лады» как в зеркальном отражении повторял маленький, но шустрый «Олтсит». Его маневренность и быстрый набор скорости так удивили Алексея, что он даже вскрикнул:

– Не может быть!

– Может, Леша, может, прокомментировал Федор, – у него сзади две выхлопные трубы торчат, значит, движок форсированный. На твоем «совавтопроме» мы от него не оторвемся.

– Вот дела, – уныло отреагировал Алексей. То есть в городе мы поужинать, а главное поговорить не сможем. С нами будут незваные гости?

– Ну, анализировать ты не разучился, все-таки Дипакадемию закончил, – и Федор издал иронический смешок.

– Ну, куда нам до вас, «небожителей» со Старой площади, и оба по-армейски заржали. Ладно Леша, сейчас приедем в посольство, мне ваш посланник предложил услуги повара посла, так что там и поужинаем. Ты знаешь, я живу в посольском люксе, но девочек нам никто еще не обещал.

– А что, – подмигнул Алексей.

– Коллега, отставить юмор, мы при исполнении. И снова разразился дружный хохот. Так видимо выходил накопленный в пещере стресс.

Для гостя из Москвы повар постарался на славу. Была и осетрина, и черная икра, всякие соленья, в том числе и из гогошар. А на горячее – судак с жареной картошкой. Стол неприметно украшала холодная со слезой бутылка «Посольской». Аппетитно поели, а под кофе и гаванскую сигару Федор начал свой рассказ. Когда Алексей писал эти заметки в дневнике, в связи с необычностью темы, некоторые даты и факты могли быть слегка неточно отражены, но в целом все выглядело так.