Читаем Призраки полностью

Мы ухе представляем себе, как эта сцена будет звучать по радио. Мы уже думаем, можно ли произнести слово «пенис» в телепередаче. Одна эта сцена, в ней больше правды, чем в большинстве книг о настоящих событиях из жизни, и мы при этом присутствовали, только мы. Генеральная репетиция «в живую». Репетиция эпизода, в котором кто-нибудь из кинозвезд задохнется, подавившись отрезанным членом другого актера.

Смерть от удушья, с чужим пенисом в горле — за одну эту сцену тебе дадут «Оскара».

И это видели только мы, и, может быть, Баронесса. Только у нас своя версия произошедшего: мы скажем, что пенис Хваткому Свату отрезала миссис Кларк и заставила Звено съесть его целиком. Правда — это так просто, когда все согласны, кого винить.

— Очень не хочется портить вам удовольствие, ~ говорит Обмороженная Баронесса, — но нам нужен новый злодей.

Дьявол умер — нам нужен новый.

Баронесса подходит к столу, берется двумя руками за рукоятку ножа и вытаскивает его из раскромсанной столешницы. Она говорит, что кто-то убил миссис Кларк.

— Не знаю, кто это был, — говорит Баронесса, — но он сейчас явно не мучается от голода.

Убийца съел почти всю ее левую ногу. Все остальное лежит у нее в гримерке, за сценой. С пропоротым животом.

Повар Убийца грозит кулаком Графу Клеветнику и говорит:

— Ах ты жадный мудак, идиот. И Граф говорит:

— Погоди. — Он говорит: — Послушай…

Мы все умолкаем, и становится слышно, как урчит в животе у Графа. У него в животе рычит и пинается призрак сваренного в супе ребенка Мисс Америки. Значит, это не он.

И все-таки миссис Кларк… наша дьяволица с кнутом и пыточными тисками для пальцев, она мертва. То, что осталось от нашей злодейки, — теперь это просто объедки.

Теперь наша первоочередная задача — выбрать нового дьявола.

Но сперва мы пообедаем.

И как раз за обедом Мисс Апчхи громко сморкается. Шмыгает носом, кашляет и говорит, что ей нужно нам кое-что рассказать, очень нужно…

На все случаи жизни

Стихи о мисс Апчхи

— Моя бабушка зарабатывала на жизнь, — говорит Мисс Апчхи, — формулируя фразу «Я тебя люблю».

Во всевозможных ее вариантах. Для тех, кто не мог сделать этого сам.


Мисс Апчхи на сцене, из-под отворотов на рукавах ее свитера выбиваются клочки и обрывки грязных салфеток.

Бумажных салфеток в желтых разводах и засохших комках выделений из носа.

Под носом блестят сопли и кровь, глаза, все в молниях красных прожилок, сочатся слезами, стекающими по щекам.


На сцене вместо луча прожектора — фрагменты из фильма:

сцена из больничного сериала, где лаборанты и доктора в белых халатах держат в руках пробирки — они ищут лекарство.


В промежутках между кашлем и шмыганьем носом. Мисс Апчхи говорит:

— До самой смерти бабушка изобретала, как еще можно сказать: «С днем рождения».

Или: «Примите мои самые искренние соболезнования»,

Или: «Поздравляю». Или: «Мы все гордимся тобой!»

И еще: «Счастливого Рождества».

Ее бабушка знала самые разные способы, как сказать:

«Поздравляем вас с годовщиной».

«С днем Отца» и

«С днем Матери» -

Специалист из компании готовых открыток.


В промежутках между высмаркиванием и заталкиванием салфеток обратно в рукав, она говорит:

— Моя бабушка составляла формулировки фраз, для которых у других людей не хватало слов.

Но каждое «С днем рождения», каждое поздравление она составляла, представляя себе Мисс Апчхи.

Свою идеальную целевую аудиторию.

Коллекция этих открыток — ока как банковский счет, как до" верительный фонд, как наследство для внучки, наилучшие пожелания на будущее.

Перейти на страницу:

Все книги серии Альтернатива

Похожие книги

Сады диссидентов
Сады диссидентов

Джонатан Литэм – американский писатель, автор девяти романов, коротких рассказов и эссе, которые публиковались в журналах The New Yorker, Harper's, Rolling Stone, Esquire, The New York Times и других; лауреат стипендии фонда Макартуров (MacArthur Fellowship, 2005), которую называют "наградой для гениев"; финалист конкурса National Book critics Circle Award – Всемирная премия фэнтези (World Fantasy Award, 1996). Книги Литэма переведены более чем на тридцать языков. "Сады диссидентов", последняя из его книг, – монументальная семейная сага. История трех поколений "антиамериканских американцев" Ангруш – Циммер – Гоган собирается, как мозаика, из отрывочных воспоминаний множества персонажей – среди них и американские коммунисты 1930–1950-х, и хиппи 60–70-х, и активисты "Оккупай" 2010-х. В этом романе, где эпизоды старательно перемешаны и перепутаны местами, читателю предлагается самостоятельно восстанавливать хронологию и логическую взаимосвязь событий.

Джонатан Летем

Проза / Контркультура / Современная русская и зарубежная проза