Читаем Призрак в Монте-Карло полностью

— Это верх щедрости, ваше сиятельство… Тысяча благодарностей, ваше сиятельство.

Тетя Эмили удивленно подняла брови.

— Ваше сиятельство! — повторила она. — Ну да, конечно, теперь я вижу сходство. Вы, должно быть, князь Николай? Много лет назад я была знакома с вашим отцом. Вы очень на его похожи.

— Благодарю вас за добрые слова, — ответил князь. — Я один из самых искренних почитателей моего отца.

Он посмотрел на стоявшую позади тетки Мистраль, которая молча наблюдала за всей сценой. Эмили не колебалась ни минуты.

— Позвольте, ваше сиятельство, представить вам мою племянницу, — обратилась она к князю, а потом повернулась к Мистраль: — Дорогая, это сын Великого русского князя Ивана. Когда я была здесь много лет назад, Великий князь был единственной знаменитостью, гостившей в княжестве. Он был очень красив, и его сын пошел в него.

Мистраль сделала реверанс. Князь поднес ее руку к губам и посмотрел ей в глаза. Потом он повернулся к Эмили.

— Позвольте пригласить вас, мадам, и вашу племянницу на ужин. Мой отец будет рад узнать, что я с почтением отнесся к его давним знакомым.

«Так все и началось, — подумала Мистраль, — а теперь с каждым днем ее все сильнее затягивает паутина, которой тетушка так искусно опутывает и ее, и князя».

Она не могла протестовать, ей ничего не оставалось, как подчиняться тетушкиным приказам. И сейчас, стоя на ступенях церкви, Мистраль не сомневалась, что и эта прогулка, во время которой они с князем окажутся наедине, была тщательно подстроена тетушкой. Бесспорно, что приглашение князя покататься было совершенно искренним, но сознание, что все задумано заранее, что их встреча является частью какого-то странного спектакля, которым управляет тетка, испортило Мистраль настроение. Ей опять захотелось прислушаться к тому, что подсказывал ей внутренний голос, и отказаться от приглашения, объявив, что она пойдет домой с Жанной. Но она знала, что это невозможно. Даже сейчас, когда тетки не было рядом, она чувствовала на себе ее пристальный взгляд и ее приказания грозно звучали в голове Мистраль.

— Я пойду домой, мадемуазель, — тихо проговорила Жанна, и Мистраль поняла, что Жанна выполняет указания Эмили.

— Хорошо, Жанна, — сказала девушка, и, не глядя на князя, спустилась к коляске.

Лакей помог ей сесть. «Какое у него необычное лицо, — подумала про слугу князя Мистраль, — у него такой странный разрез глаз и очень выступающие скулы».

Лакей закрыл за князем дверцу и взобрался на козлы.

— Какой национальности ваш слуга? — обратилась Мистраль к князю. — Он похож на китайца.

— Вообще-то он русский, — ответил князь. — Он родился на границе Сибири и Тибета. Он мой личный слуга с тех пор, когда я был еще ребенком. Я называю его Сторожем, так как он стережет меня день и ночь. Днем он прислуживает мне, а ночью укладывается у двери в мою комнату. Мне ничего не угрожает, когда рядом Поток.

— Как романтично! — воскликнула Мистраль.

Князь засмеялся.

— Однако, как и любой роман, подобная забота иногда бывает утомительной! Вы согласитесь со мной, потому что у вас тоже есть Сторож!

— У меня?

— Да, у вас, — подтвердил князь. — Ваша тетушка очень строга. Она наводит на меня ужас.

— Я тоже боюсь тетю Эмили, — призналась Мистраль, — но меня удивляет, что и вы боитесь ее. Она так хорошо к вам относится.

— Думаю, как раз это и пугает меня, — сказал князь, улыбнувшись, чем дал ей понять, что он просто шутит. — Но расскажите мне о себе, мадемуазель. Почему вы всегда в сером?

Он прикоснулся к платью Мистраль, которое занимало почти все сиденье, тяжелыми складками спускаясь до самого пола, потом перевел взгляд на наброшенное на плечи фишю из серого муслина и на отделанную серыми перьями крохотную шляпку, которая не могла скрыть ее прекрасные золотые волосы.

— Я не могу ответить на ваш вопрос, — запинаясь, проговорила Мистраль.

— Почему? Разве это секрет — как и ваши с тетушкой имена?

— Да… вы правы.

— Ловко, очень ловко. — Казалось, князь разговаривает сам с собой. Потом он добавил: — Но разве у нас с вами должны быть секреты друг от друга? Теперь, когда мы оказались одни — неожиданная удача, — давайте-ка поговорим о вас, об очаровательнейшем маленьком призраке, и ненадолго забудем обо всем на свете, даже о вашей тетушке.

Руки Мистраль, сложенные на коленях, сжались. В голосе князя, в его властных ласкающих интонациях было нечто такое, от чего Мистраль захотелось убежать. Они ехали вдоль берега. Девушке хотелось смотреть на море, на высаженные вдоль побережья лимонные рощи, на холм, на склонах которого паслись овцы, но она не решалась отвести взгляд от сидевшего рядом с ней мужчины.

Ей нравилось кататься с князем, потому что он все время смеялся и шутил. Он был очень молод и весел, но как только у него появлялась возможность, он говорил ей такие вещи, от которых ее охватывал трепет и к щекам приливала кровь. Ее беспокоило не то, что он говорил, а то, как он это делал. У нее возникало впечатление, будто он с ней играет, будто его изящные комплименты неискренни, будто они часть той непонятной ей игры.