– Может быть… – Живин вдруг замолк и долго смотрел в одну точку на стене, о чем-то мучительно думая. – Скорее всего, ребята, нет ее в живых, – наконец негромко проговорил он, направился на балкон, тут же вернулся оттуда и сообщил друзьям: – Леха уже приехал, стоит внизу. По коням! Покой нам только снится!

Глава 6

На улице светало. В половине десятого утра опера заехали во двор парикмахерской и вышли из машины. Погода немного подобрела. После лютого холода мороз чуть ниже тридцати градусов организмом воспринимался как оттепель.

– Вот здесь стояла машина. – Живин указал место и наклонился в поисках хоть каких-то следов, но тщетно, легкая поземка все замела. – Пробку от шампанского сейчас не найдем. – Он копнул носком ботинка свежий снег возле крыльца и сразу же обнаружил то, что искал. – Ого! – удивился майор. – Проволока и фольга даже сохранились!

Лапин аккуратно принял у Живина находку, упаковал ее в целлофановый пакет. А вдруг пальчики остались на фольге?

Здание, где располагалась парикмахерская, имело сквозной проход на улицу и во двор. На трех верхних этажах размещались гостиница и общежитие МВД. На дверях парикмахерской висело объявление о том, что она откроется только пятого января.

Живин вспомнил, что знает заведующую гостиницей, проживавшую здесь же, на втором этаже.

Дверь открыла полная женщина лет пятидесяти.

Увидев Живина, она расплылась милой улыбкой.

– Гришенька, какими судьбами?!

– Здравствуйте, Людмила Сергеевна, – поприветствовал Живин заведующую. – Поздравляю вас с наступившим Новым годом!

– Вы что, ходите тут, всех поздравляете? – осведомилась женщина. – Отдыхать надо сегодня, после праздника тяжеловато. Деды Морозы, а где ваши подарки? – Она обвела оперативников насмешливым взглядом.

– Людмила Сергеевна, нам не до поздравлений и подарков. – Живин развел руками. – Мы к вам по службе. У нас серьезный случай.

– А что такое? – Женщина насторожилась, милая улыбка вмиг исчезла с ее лица. – Наши жильцы что-то натворили?

– Вчера днем пропала женщина возле вашего дома. Она шла в парикмахерскую, но почему-то села в машину, которая стояла во дворе. Вы что-нибудь видели?

– А во сколько это было?

– В час тридцать дня.

– В это время меня не было здесь. Мы отмечали в хозчасти Новый год, я приехала домой только в четыре. А что, так и пропала?

– Да, пропала. Людмила Сергеевна, а вы раньше замечали, чтобы к кому-то из жильцов приезжали молодые парни на темных «Жигулях»?

– Приезжают много, машины разные, всех не запомнишь.

– А кто работает мастером в парикмахерской?

– Мариночка.

– Как фамилия?

– Фамилию не знаю. Мариночка да Мариночка.

– И как нам ее найти?

– Как найти, как найти… – думала женщина вслух, вспомнила о чем-то, попросила оперативников подождать в коридоре и сказала: – Я позвоню одному человеку, он знает ее.

Через пять минут Живин держал в руках клочок бумаги, где был указан адрес этой самой парикмахерши.

– Посмотрим, что ты из себя представляешь, – проговорил Живин, протягивая записку Лапину. – Съезди с Воркутовым к ней, привези сюда, а мы с Самсоном пока по комнатам пройдемся.

Полуторачасовой обход гостиницы-общежития оперативникам ничего не дал. Они уже подумывали перейти к следующему дому, но в это время приехал Лапин.

– Нашел кралю, сидит в машине пьяная, еще не отошла после вчерашнего, – доложил он Живину. – Надо сказать, что очень наглая девка, не хотела ехать, сопротивлялась. Но ты же, Алексеич, меня знаешь, я никогда не отступлюсь. За шкирку – и в машину!

– Давай в управление, там поговорим с ней, – решил Живин и тяжело вздохнул. – Обходить дома больше смысла нет, придется проверить всех владельцев автомашин. Все тридцать восемь попугаев!

– А почему попугаев? – не понял Кириллов.

– Что, у тебя детства не было? – спросил Лапин. – Мультик потому что такой.

– Да, вспомнил. – Кириллов почесал затылок. – В моем детстве были другие мультфильмы.

В машине крепко пахло перегаром, а парикмахерша встретила оперативников претензиями:

– Вы что, волки позорные, честную девушку тягаете?! Не могли до завтра подождать? Я буду жаловаться в прокуратуру!

– Это твое право, – сказал Живин.

Опера захлопнули за собой дверцы автомашины и прижали буйную фурию с двух сторон.

– Не вам, ментам, меня воспитывать. На это другие люди найдутся, – разорялась она, отталкивая их локтями от себя.

Когда они прибыли в управление, парикмахерша как-то присмирела и притихла.

Живин предложил ей сесть на стул и начал разговор:

– Марина, помнишь этого человека? – Он указал на Воркутова.

Парикмахерша посмотрела на Алексея и презрительно фыркнула.

– Еще чего! С незнакомыми мужчинами не общаюсь.

– Марина, когда ты работала вчера, этот человек подходил к тебе и показывал фотографию женщины. Примерно в половине второго. Вспомнила?

– Было дело, – ответила парикмахерша. – Я не приглядывалась, не до него было, хотела быстрее закончить работу и идти домой. Как-никак Новый год! А тут он со своей фотографией. Вот я и попросила его выйти из салона.

– Марина, а что за парни приезжали к тебе вчера на синих «Жигулях»? – Живин попробовал взять ее на пушку.