На этом обмене репликами, Гарри, запись заканчивается. Ты, конечно, можешь догадаться, какой вопрос я задала Хью.

«И с тех пор ты вел Билла?» — спросила я.

«Да, с моей поездки в Берлин в пятьдесят шестом году. Очень удачный получился у нас тогда завтрак. Бедняга Билл. Когда столько лет живешь с двумя лицами, и пить приходится за двоих».

Как видишь, Гарри, немало пищи для размышлений. От предательства у меня мороз идет по коже. Я только что распростилась с одной из клятв, которые дала, выходя замуж. На какое-то время это утолит твой голод, алчная физия.

3

В течение некоторого времени я писал страстные письма Киттредж, но она не отвечала. Наконец она сослалась на Талмуд:

В этой книге, Гарри, заключена мудрость для той небольшой части еврейской крови, которая течет в тебе. Когда древние вавилонские евреи решили не поддаваться могучему соблазну, они оградили свое желание частоколом. А поскольку одного забора недостаточно, чтобы сдержать порыв, они построили частокол вокруг частокола. Поэтому я не встречаюсь с тобой и не поощряю любовных писем. Лучше расскажи мне, что ты узнал.

Я нехотя повиновался. Нижеследующее письмо может служить образцом того, что я писал.

12 сентября 1965 года

Дорогая Киттредж.