Читаем Призрак Проститутки полностью

Такого между нами еще не было. Мы никогда не говорили друг с другом в таком тоне. Ссора продолжалась двое суток, Хью извинился, а я призналась, что не смогла бы уйти от него. Вопрос, конечно, так и остался нерешенным. О, мы исследовали образовавшуюся брешь. Это был один из тех немногих случаев в нашем браке, когда мы могли говорить о не слишком приятных сторонах наших натур. Хью признался, что чувствует себя с братьями Кеннеди мелким мошенником. «Я всегда делаю вид, будто мне интереснее, чем на самом деле. Какое-то время я считал это своим долгом. Я-де смогу стать настолько близким человеком, что сумею оказывать влияние. Но до этих Кеннеди никогда не доходит, о чем я говорю. Они воспитаны в интеллектуальной среде, где все понятно, гуманно и не глубже шести дюймов. В конечном счете нет ничего, с чем мы могли бы согласиться. Если они служат силе, которая выше их, значит, рядом со мной не Бог».

«Они хорошие люди, — возразила я. — С недостатками и недостаточно глубокие для тебя. Но ты признаешь, что люди с острым умом, обладающие предвидением, редко встречаются? Автоматически так не получается, Хью».

«Я считаю, если человек не страдает от отсутствия глубины, — это порок души, — сказал он. — Если ты не тупица от рождения, поверхностность возникает от снисходительности к себе. Гораздо мучительнее жить, задаваясь вопросами, чем имея ответы, но это единственно достойный курс для интеллектуала. Терпеть не могу этого воробья Бобби Кеннеди — вечно тащит какие-то фактики в свою бобровую нору. Не мешало бы ему заглянуть в пропасть».

Я не сказала ему: «Как и тебе». Не смогла. Это правда. Хью не только вынужден раздумывать о том, является ли его мать убийцей, но и о том, не в ответе ли он за гибель сотен — или тысяч? — польских коммунистов, которых Сталин отправил в преисподнюю после того, как Хью и Аллен Даллес провели свою низкую игру с Ноэлом Филдом. Хью спит над пропастью. Но я боюсь, что он сумасшедший. Он сказал мне: «Я знаю, что моя теория верна, потому что я проверил ее на прошлой неделе».

«Как же тебе это удалось?» — спросила я.