С наступлением темноты стало ясно, что никто не собирается уезжать из офиса. Работы по составлению бумаг было мало, тем более что ничего, способного спасти Донти Драмма в последний момент, не предвиделось. Решения по ходатайству о признании Донти невменяемым Техасский уголовный апелляционный суд пока не вынес. Фред Прайор по-прежнему находился в Хьюстоне и пытался вытащить Джоуи Гэмбла куда-нибудь выпить, но надежда на это таяла. Грядущая ночь могла оказаться последней в жизни Донти Драмма, и сотрудники адвокатского бюро искали друг в друге поддержки.

Карлоса послали за пиццей и пивом, и, когда он вернулся, устроили ужин за большим столом в конференц-зале. После приезда Олли Тафтона решили сыграть партию в покер. Олли был одним из немногих чернокожих адвокатов в Слоуне и близким другом Робби. Фигура Тафтона напоминала шар для боулинга, и он утверждал, что весит четыреста фунтов, хотя оставалось неясным, гордился ли он этим сам. Олли был шумным и жизнерадостным и с удовольствием предавался самым разным удовольствиям: еде, выпивке, покеру и, к сожалению, кокаину. Пару раз его чуть не лишили права заниматься адвокатской практикой, но Робби помог ему выпутаться. Олли зарабатывал на разборах автомобильных аварий, но его гонорары неизменно куда-то улетучивались. Если Олли находился в комнате, то весь шум исходил от него. Вот и сейчас он сразу взял бразды правления в свои руки: назначил Карлоса дилером, установил правила, рассказал последние неприличные анекдоты и при этом не переставал пить пиво и доедать холодную пиццу. Играть сели Марта Хендлер, которая обычно выигрывала, помощница юриста Бонни, Кристина Гинце, боявшаяся играть, но еще больше боявшаяся Олли, и выполнявший отдельные поручения Бен Шутс, подрабатывавший еще и частным сыском.

В пиджаке Шутса, висевшем на стене, имелся пистолет. У Робби в офисе было два заряженных дробовика. Аарон Рей всегда носил оружие при себе и совершал обход здания, проверяя окна и парковку. В течение дня в контору поступило несколько звонков с угрозами, и все были настороже.

Робби забрал пиво к себе в кабинет и, оставив дверь открытой, позвонил своей подруге Деде, с которой они вместе жили. Та оказалась на занятии йогой и абсолютно не переживала по поводу предстоящей казни. Они были вместе уже три года, и Робби даже стал подумывать, что у них есть шанс. Деде не проявляла практически никакого интереса к его работе, и это было огромным плюсом. Поиски большой любви уже не раз приводили его к женщинам, которые не могли смириться с тем, что жизнь с ним напоминала игру в одни ворота, ворота Робби. Нынешняя подруга была независима, и они встречались только в постели. Она была на двадцать лет моложе, и Робби по-прежнему души в ней не чаял.

Он позвонил журналисту в Остин, но не сказал ничего, что того бы заинтересовало. Потом он набрал номер судьи Элиаса Генри и поблагодарил за звонок губернатору. Они пожелали друг другу всего хорошего, и оба знали, что предстоящие двадцать четыре часа будут помнить долго. Стрелки часов на стене, казалось, замерли на десяти минутах девятого, когда вошел Аарон Рей и произнес:

— Горит Первая баптистская церковь.

Противостояние в Слоуне началось.

Глава 15

Если Киту и удалось поспать, то он этого не заметил. В последние три дня он спал мало, в самое неподходящее время и совершенно выбился из обычного графика. Когда зазвонил телефон, пастор готов был поклясться, что лежал с широко открытыми глазами. Однако Дана услышала звонок первой и толкнула его. После четвертого или пятого звонка он взял трубку.

— Слушаю, — произнес Кит, пытаясь прийти в себя, и Дана включила свет. 23.40. Они легли спать меньше часа назад.

— Привет, пастор. Это я, Тревис, — прозвучал голос.

— Привет, Тревис, — ответил Кит, и Дана потянулась за халатом. — Где ты?

— Здесь, в Топеке, в какой-то забегаловке в центре города недалеко от Анкор-Хауса. — Он говорил медленно, язык чуть заплетался.

Кит решил, что Бойетт выпил.

— Почему ты не в Анкор-Хаусе?

— Это не важно. Послушайте, пастор, я ужасно голоден. Ничего не ел с утра и сейчас сижу с чашкой кофе, потому что совсем без денег. Я просто умираю с голода. Поможете мне?

— Ты пил, Тревис?

— Пару пива. Я в порядке.

— Ты потратил деньги на пиво, а не на еду?

— Я позвонил не для того, чтобы ссориться, пастор. Как насчет ужина?

— Конечно, Тревис, но тебе надо вернуться в Анкор-Хаус. Тебя там ждут. Я разговаривал с Руди, и он сказал, что у тебя будут неприятности, но не волнуйся, еще не поздно все исправить. Давай я тебя где-нибудь покормлю и отвезу домой.

— Я не вернусь туда, пастор, так что не будем об этом. Я хочу поехать в Техас. Прямо сейчас! Я действительно хочу поехать. Я расскажу всем правду, покажу, где тело, буквально все! Мы должны спасти этого парня.

— Мы?

— А кто, пастор? Мы оба знаем правду. Если мы с вами поедем туда, то сможем остановить казнь.

— Ты хочешь, чтобы я отвез тебя в Техас прямо сейчас? — спросил Кит, глядя в глаза жене. Та решительно замотала головой.