Робби предложили выступить, но он отказался, не представляя, что мог бы сказать, не распалив толпу еще больше. Он опасался обвинений в подстрекательстве и разжигании страстей — смутьянов хватало и без него.

По словам Карлоса, которому было поручено следить за реакцией общественности через Интернет, в последние дни объем трафика резко возрос, а напряжение в блогах и комментариях просто зашкаливало. Акции протеста были запланированы на четверг в Остине, Хантсвилле и Слоуне, а также в студенческих городках по меньшей мере двух техасских университетов, где учились афроамериканцы.

— Устройте им настоящий ад! — пожелал собравшимся Робби, отъезжая на машине.

Глава 13

Кит приехал в больницу пораньше и совершил традиционный обход. В больнице сейчас находилось шесть прихожан церкви Святого Марка. Он посетил всех, сказав каждому несколько утешительных слов, подержал за руки во время молитвы, а затем отправился к мистеру Бойетту, чтобы отвезти того в прокуратуру.

Однако события стали разворачиваться вовсе не так, как он рассчитывал. Мистера Бойетта в больнице уже не было. По словам медсестры, когда к нему в палату заглянули в шесть утра, его кровать была аккуратно заправлена, халат лежал возле подушки, а трубки от капельницы были аккуратно намотаны на подставку. Через час позвонили из Анкор-Хауса и сообщили, что Тревис Бойетт вернулся домой, и просили передать доктору, что с ним все в порядке. Кит отправился в Анкор-Хаус, но Бойетта там не оказалось. Смотритель сказал ему, что по средам Бойетт не работал. Никто не знал, где он и когда вернется. По дороге к церкви Святого Марка Кит пытался успокоиться, убеждая себя, что Бойетт обязательно объявится. Но потом разозлился на свою глупость, что поверил убийце, серийному насильнику и патологическому лжецу. Преподобный Шредер всегда старался найти что-то хорошее в каждом человеке, с которым знакомился и общался, но тут он вдруг с ужасом понял, что с Бойеттом проявил непростительную мягкость. Он явно переусердствовал, выказывая понимание и даже сострадание. Этот человек убил семнадцатилетнюю девушку только ради удовлетворения похоти, а теперь, судя по всему, с удовольствием наблюдал, как за его преступление казнят невиновного. Одному Богу известно, сколько других женщин он изнасиловал…

Войдя в церковь, Кит был вне себя от злости.

— Доброе утро, пастор, — радостно приветствовала его оправившаяся от простуды Шарлотт Джангер, на что Кит отреагировал почти грубо:

— Я буду в кабинете, но ни с кем меня не соединяй. Я на месте только для мужчины по имени Тревис Бойетт. Это понятно?

— Да, сэр.

Он закрыл дверь, снял пальто и позвонил Дане поделиться последними новостями.

— Значит, он снова на свободе? — спросила она.

— Да, сейчас проходит период пробации. Он отсидел свой срок и скоро снова окажется свободным человеком.

— Слава Богу, что у него опухоль!

— Что ты говоришь?!

— Извини. Мне самой стыдно. Но что дальше?

— Нам остается только ждать. Может, он еще объявится.

— Держи меня в курсе.

Кит позвонил на работу Мэтью Бернсу и сообщил, что встреча откладывается. Мэтью не проявил особого энтузиазма, узнав, что его просят встретиться с Бойеттом и записать на видео признание, но все же согласился. Он пообещал сделать звонок-другой в Техас, если действительно поверит в искренность Бойетта. Узнав, что тот исчез, он тоже огорчился.

Кит посетил сайт Донти Драмма, желая узнать последние новости, — это в последние дни вошло у него в привычку. Потом достал из шкафа папки с текстами проповедей и снова позвонил Дане, но она была занята — пила кофе с подругами.

Ровно в половине одиннадцатого Кит позвонил в адвокатское бюро Робби Флэка. Молодая женщина, ответившая на звонок, сообщила, что с мистером Флэком сейчас поговорить нельзя. Шредер сказал, что все понимает и что звонил вчера, во вторник, оставил телефоны, по которым с ним можно связаться, но никто так и не перезвонил.

— У меня есть информация по убийству Николь Ярбер, — сообщил он.

— Какого рода информация?

— Я скажу это только мистеру Флэку, — твердо ответил он.

— Я ему передам, — пообещала ему женщина не менее твердо.

— Пожалуйста, поверьте, я не какой-то ненормальный. Это очень важно!

— Да, сэр. Спасибо за звонок.

Пастор Шредер решил нарушить тайну исповеди. Это было чревато неприятными последствиями. Во-первых, Бойетт мог подать на него в суд за нанесение ущерба, но этого Кит не боялся. Опухоль головного мозга снимет все проблемы с судебной тяжбой. А если Бойетту все-таки удастся выжить, то ему еще придется доказать, что нарушение Китом тайны исповеди нанесло ему ущерб. Хотя священник и не был знаком с тонкостями системы правосудия, ему было трудно поверить, что судья или присяжные примут сторону отъявленного преступника.

Кроме того, в отношении Шредера Церковь могла применить дисциплинарные меры. Но в свете серьезности ситуации и роста либеральных настроений в синоде, он считал, что дело ограничится вынесением порицания.

— Ну и ладно! — решил он. — Я не буду молчать!