Читаем Приз Гора полностью

— Сто семнадцать, кейджера Эллен, — прокомментировал писец.

— Да, Господин, — подтвердила Эллен.

— Уведите своих девок, за исключением этой, — потребовал писец.

— Всем вернуться в гримёрную, — скомандовал внешний надсмотрщик.

Немедленно, сопровождаемые шелестом шелков, перезвоном колокольчиков и звяканьем ожерелий и браслетов, остальные рабыни вскочили на ноги и поторопились исчезнуть за шёлковым занавесом.

— Господин? — осмелилась спросить Эллен.

— Раздевайся, — приказал писец. — Догола.

— Да, Господин, — пролепетала Эллен.

— Помогите ей, — велел писец своим товарищам.

Один из охранников развязал хальтер, узел которого располагался на спине, и сдёрнул его. Другой охранник негромко присвистнул и восхищённо прокомментировал:

— Хороша.

Эллен поспешила снять с себя бусы, стянула с руки браслет и расстегнула крючки широкой танцевальной юбки, при этом густо покраснев от смущения, даже несмотря но то, что она рабыня.

— Вон та вуаль, Господа, — указала она, тем самым попытавшись сгладить момент своей внезапной скромности, — также была на мне.

Охранник подобрал вуаль и положил её сверху на хальтер, бусы и браслет, лежащие кучкой около девушки. Эллен подняла взгляд и, встретились со строгим глазами писца, сняла с себя юбку, аккуратно сложила её и, опустив голову, положила на песок у своих ног.

— Колокольчики, — подсказал писец.

Эллен села на песок и, подтянув левую ногу, попыталась снять колокольчики, которые к этому моменту оставались единственным, что на ней ещё было надето. Однако, несмотря на все старания, её пальцы оказались бессильными перед узлами, слишком неподатливыми, слишком тугими. Она делала всё что могла, но ничего не получалось и, в конце концов, она расплакалась.

— На живот, — скомандовал писец, и один из охранников присел подле неё и, схватив её за лодыжку, согнул ей ногу в колене так, что пятка почти коснулась ягодицы, и быстро отвязал колокольчики.

Эллен заскулила от боли. Жалобно зазвенев, колокольчики упали среди прочего реквизита. Едва её запястье было освобождено от захвата, девушка, само собой, оставаясь на животе, опустила ногу. Он лежала, повернув голову вправо, прижимаясь левой щекой к песку.

— Итак, малышка Эллен, — заговорил писец. — Ты неплохо станцевала.

— Спасибо, Господин, — прошептал Эллен, напуганная его тоном.

— Но вот что мне показалось странным, — продолжил писец, — так это то, что твой номер был объявлен в лагере в сочетании со столь престижным местом как танцевальный круг Ба-та. И я, хотя и не жалуюсь на память, сверился со своими бумагами, которые я в силу привычки всегда держу при себе.

Эллен, лежавшая на песке, в ногах мужчин обступивших её, испуганно замерла.

— Так вот, согласно моим записям, — сказал писец, рослый мужчина, одетый в синее, стоявший так, что рабыня могла видеть только кромку его одежды и сандалии, — Ты ответила отрицательно на мой вопрос относительно твоего умения танцевать. Быть может, в мои бумаги закралась ошибка?