Читаем Привязанность полностью

— Я помню, что ты сказал, — подсказала я.

Он повернулся к экрану.

— Лорел, я скоро вернусь. Обещаю.

Я кивнула, комок, который был у меня в горле, теперь лопнул, вызвав слезы на глазах.

— Я тебе доверяю. Я буду здесь, когда ты вернешься.

— А то, что я сказал?

— И это тоже.

— Даже когда я не помнил… я любил тебя и, черт возьми, люблю. Я все еще не верю в судьбу, но, черт возьми, мы связали себя друг с другом, и это чувство все еще здесь. — Он похлопал себя по широкой груди. — Лорел, я не силен в этом, но я хотел, чтобы ты знала, я никогда не переставал думать… заботиться… любить. Даже если думал, что это невозможно, я все равно это делал.

Прежде чем я успела ответить он отключился.

Я протянула руку к темному экрану, и слезы потекли из моих глаз, проливаясь на щеки.

— Я тоже тебя люблю.

Я заговорила вслух, хотя наша связь исчезла.

— Я всегда любила, но теперь все по-другому. Я имела в виду то, что сказал раньше. Мне все равно, Мейсон ты или Кадер. Я люблю тебя, черт возьми. Вернись ко мне.

Вытерев слезы, я глубоко вздохнула.

Хотя солнечный свет в окнах кухни начал тускнеть, звонок Кадера дал мне то, о чем мы не говорили, когда расставались. Мне не хотелось думать о том, с чем он может столкнуться в Индианаполисе. Я не хотела представлять, что никогда не смогу ответить ему и рассказать о своих чувствах.

Сглотнув, я начала убирать посуду с нашего ужина, когда вокруг меня вновь поселилось чувство безопасности. Я снова посмотрела на темный экран, и в голове у меня возникли вопросы. Был ли дом Кадера похож на обычные системы, как у других в домах? Могу я задать вопрос дому?

Собираясь выключить свет на кухне, я вернулась к экрану.

— Мисси, ты здесь?

— Здесь.

— Дом в безопасности?

— Да, дом в безопасности.

— Ты предупредишь меня, если это изменится?

— Я предупрежу, если что-то изменится.

— Спасибо, Мисси.

— Не за что, доктор Карлсон.

Я выпрямилась, холодок вновь пробежал по моей спине.

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Ваше имя доктор Карлсон.

— Откуда ты это знаешь? — спросила я, внезапно почувствовав неловкость от этого разговора с искусственным интеллектом.

— Ваш отпечаток зарегистрирован.

Черт.

Мой отпечаток.

Тот самый, который Кадер использовал, чтобы активировать его безопасную комнату.

— Ты с кем-нибудь делилась этой информацией?

— Нет. Хотите, я сообщу властям?

— Нет.

— Доктор, вы считаетесь пропавшей без вести. Это заблуждение можно исправить.

— Нет. Я хочу остаться пропавшей.

— Хорошо.

— Спокойной ночи, Мисси.

— Спокойной ночи, доктор Карлсон.

Глава 12

Кадер

Быстрым движением запястья я повернул плоскую металлическую отмычку. Простой замок щелкнул, как будто в него вставили ключ. Толкнув дверь внутрь, я вошел в дом Эрика Олсена, проворно закрыв и заперев её за собой. Если не считать тусклого света на крыльце, пробивающегося сквозь боковые фонари, в доме было темно.

Я изучал ситуацию по нескольким направлениям. После собрания и исчезновения докторов Картрайта и Карлсон жена доктора Олсена покинула город. Насколько я мог убедиться, она не оставила его навсегда. Не было никаких ожидающих рассмотрения в суде ходатайств о разводе. Сканирование ее телефонных записей показало, что она не связывалась с адвокатом. Судя по ее письмам, это был просто перерыв, давно назревшая поездка к сестре в Бостоне. Хотя я понимал, что все сложно, разве жена не должна поддержать своего партнера, а не бросить его?

До Лорел я никогда не анализировал действия других. Я наблюдал без осуждения.

Прежде чем войти в дом, я отключил камеры, а также систему безопасности Олсена. Наш разговор не должен быть записан. Судя по часам, доктор может вернуться домой в любой момент. Если бы он все еще работал, сомнений в этом бы не было., но два дня назад университет объявил о немедленном уходе доктора Эрика Олсена на пенсию.

Я покачал головой, обходя первый этаж. Кухонные столы были завалены контейнерами из-под готовой еды и полуфабрикатов, которые давно пора выкинуть. По запаху можно было различить итальянскую кухню и морепродукты. Запах чеснока и протухшей рыбы явно не добавлял свежести воздуху на кухне. Я поднял крышку мумифицированной пиццы и сразу же с отвращением закрыл ее.

Движимый любопытством, я открыл холодильник. При наличии кучи различных соусов и специй самой еды было не так уж и много.

Личный кабинет доктора как будто не тронут, словно он не входил в него несколько дней или недель. Единственным недостатком был тонкий слой пыли на его большом деревянном столе.

На обеденном столе валялись коробки разных размеров. Вещи в них, по-видимому, были из кабинета доктора Олсена в университете. В беспорядке валялись книги, журналы, бумаги, ручки и карандаши. Одна на другой были сложены фотографии в потертых рамках. В больших рамках находились его дипломы и свидетельства. С точки зрения наблюдений было интересно, как десятилетия преданности могут быть сведены к нескольким коробкам из гофрокартона.