Читаем Привязанность полностью

Только после того, как моя спина выгнулась дугой, а губы сложились в идеальную букву «о», я провела по его плечам и вниз по рукам. Мое единственное слово было больше похоже на стон.

— И не надо.

Его зеленые глаза расширились.

— Не надо?

— Не отпускай меня снова. Я не знаю, что это. Может, это судьба или назови это судьбой. Я не знаю, что ждет меня в будущем. Я только знаю, что хочу, чтобы оно включало нас, нас двоих.

— Твои исследования?

— Моя жизнь обрела новую перспективу с тех пор, как мы воссоединились.

— Лорел, я не из тех, кто остепеняется.

Я приподнялась, мои губы встретились с его.

— До той встречи я бы сказала то же самое о себе. Моя сестра вышла замуж после колледжа. Меня заботила только работа. Я все еще переживаю о ней, но хочу большего.

— Я не больше…

Я вскрикнула, когда он начал двигаться. Мой стон был не от боли, а от удовольствия. Когда Кадер замер, я усмехнулась.

— Ты определенно больше, — пока я приспосабливалась, мне в голову пришла новая мысль. — Если бы мы сделали… это… когда были молоды, я бы сразу поняла, что ты — это ты, в тот первый раз в подвале.

Кадер покачал головой.

— Мне бы хотелось думать, что я лучше, чем неуклюжий, неопытный подросток.

— Я не обсуждаю уровень мастерства. Я говорю, что есть вещи, которые нельзя скрыть.

— Ты заслуживала лучшего.

— Прекрати говорить так.

Когда он начал говорить, я поднесла палец к его губам.

— Я собираюсь повторить это еще раз. Мне все равно, кто ты, Кадер или Мейсон, из того, что я помню и недавно узнала, оба исключительные люди. Это не имеет значения. Меня волнует только то, что мы вместе.

— Лорел.

— Займись со мной любовью.

Мышцы под бугристой кожей напряглись.

— Я… Нет.

— Да. Продолжай. Я тебя вижу. Дай мне почувствовать тебя. Позволь мне помнить тебя, пока тебя не будет.

Уголки его губ изогнулись в усмешке, бедра дернулись.

— Вот так?

У меня перехватило дыхание.

— Еще.

Шершавое одеяло натирало кожу, Кадер дал мне именно то, что я просила — больше. Его сильная хватка на моих бедрах впилась в плоть, без сомнения, оставляя синяки размером с палец, поскольку человек без отпечатков пальцев оставил свой след. Толчок за толчком он подталкивал меня все выше, из этого здания, в чистое небо, за вершины гор.

Мои крики экстаза наполнили комнату, когда он умело подвел меня к краю, чтобы вернуть обратно. Наши позиции менялись по его вкусу. Его пальцы блуждали, дразня, щипая и шлепая мой сверхчувствительный клитор. Когда я меньше всего ожидала, они переместились на новую почву, создавая совершенно новое ощущение, когда один, а затем и два пальца проникли через плотное кольцо анальных мышц. В сочетании с его продолжающимися толчками, его новообретенная земля создавала ощущение полноты, которого я никогда не знала.

Звуки и слова, слетавшие с моих губ, терялись в синеющем небе за окнами. Я не больше контролировала свои слова, чем свою реакцию на его помощь. За несколько недель Кадер превратил мое тело в ценный инструмент, на котором мог играть только он. Когда он это делал, когда он бренчал на мне, песнь, которую я пела, была возвышенной и жалобной, уникальной и проникновенной, как и сам человек, вдохновляющий мою песню.

Ощущения были всем, а порой и излишними. Были случаи, когда я пыталась сдерживаться. Временами мои зубы опускались, вцепляясь в его широкие плечи, но ничто из того, что я пыталась сделать, не могло остановить мелодию.

Наша экспедиция была утомительной и волнующей. Минуты и часы ничего не значили, когда одеяло терло кожу на лопатках, ладонях и коленях. Быстрый шлепок по моей ничего не подозревающей заднице привел мои нервы в полную боевую готовность. Мое сердцевина болела от его безжалостного погружения, в то время как моя задница сжималась каждый раз, когда он кружил вокруг входа. Мои шея, ключицы и грудь тоже были отмечены человеком без отпечатков пальцев, когда он украшал их, оставляя на моей коже нежные остатки поцелуев, посасываний и покусываний.

Это не Кадер меня забрал.

Он сделал это еще в темном подвале.

Я принадлежала ему.

Это был его способ оставить мне напоминание о том, что он был со мной всеми возможными способами. Я была привязана к нему, так было задумано с самого детства, и он не оставлял нетронутой ни одной моей части.

Вернувшись в исходное положение, Кадер раздвинул мои колени еще шире, его массивное тело содрогнулось и дернулось. Когда его рев наполнил затхлый воздух, он успокоился и, не извиняясь, наполнил меня до краев.

Наши сердца бились в унисон, его большое тело рухнуло на меня, и мы остались вместе.

Мы с Кадером никогда не использовали никаких форм контрацепции, и все же по какой-то причине до сих пор я не придавала этому особого значения. У меня стояла спираль, так что беременность не была проблемой. Мы с Рассом почти все время пользовались презервативами, и результаты моих анализов всегда были хорошими. Тем не менее, Кадер ничего этого не знал. О чем он думал?

Я тихо проговорила.

— Тебя беспокоит, что мы не использовали презерватив?

— Нет.

Он поднял лицо, наши взгляды встретились.