Читаем Привязанность полностью

– Посмотри на себя теперь, на кого ты похож?! – снова посмотрело на меня зеркало.

– На тебя очень сильно, мне нужно позвонить адвокату, моему милому адвокату, – нахожу я в кармане пиджака телефон.

– Звони! Хочешь, чтобы тебе повторили вопросы? – кидает мне в лицо полотенце.

Я сажусь на край ванны и набираю номер, я чувствую всей своей шкурой, что разбудил прекрасную сонную гладь океана, знакомый голос накрывает меня той же волной:

– Где ты был?

– В баре с друзьями, – медленно прихожу в себя. Люди чаще всего приходят в себя через ванну.

– В баре? С друзьями?

– Клянусь моей мамой.

– Нажрался?

– Нет, я голодный. Может, покормишь?

– Щас!.. Где ты сейчас? – добавляет она тихо.

– В ванной с Томом. А ты? – задал я самый глупый в мире вопрос.

– Я давно уже в спальне.

– Можешь забрать меня отсюда скорее, под залог того, что я тебя не обманываю.

– Ты же знаешь, я не терплю перегара.

– Ладно, – посмотрел я на кота, который готов был проводить меня на кухню. Там я насыпал Тому его коричневых хлопьев. Мне нужны были чьи-то уши в этот момент, чтобы излить душу.

– Ты думаешь, я без еды не могу с тобой поговорить? – обиделся немного Том, проигнорировав миску.

Я взял его на руки и стал гладить:

– Часто мы верим, что все еще можем повернуть к лучшему и все еще не сошли с ума, что каждое наше слово бесценно, как и дела. Мы делаем их добросовестно, с полной отдачей, зная, что получим взамен: деньги, любовь, доступ к телу, власть, уважение, хлеба с куском тепла, лоснящееся отражение в зеркале. Нам кажется, что мы все еще можем гореть – дрова, подкидывая их в печь, лишь бы опять не пришла зима в отношениях.

– Секс – лучшее оружие для решения семейных конфликтов, да и вообще любых конфликтов. Если его нет – беда. Даже в политике одних симпатий и диалогов мало. Будь в мире красивые женщины-политики, легче было бы договариваться государствам. А сейчас что, посмотришь на такую, сразу воевать тянет, причем не важно с кем, главное отвлечься.

– Так мы о политике будем говорить или о женщинах, Том?

– А что тебе лучше с похмелья помогает?

– Скорее второе.

– Как думаешь заделывать брешь?

– Не знаю, а ты что посоветуешь?

– Выспаться для начала, сейчас разговаривать бесполезно. А утром поговорить на трезвую голову. И не забудь про букет, и не три жалкие розы.

– Думаешь, это поможет?

– Не сразу, но поможет. Женщины редко прощают сразу, но еще реже им дарят цветы.

* * *

– Муха, принеси мне кофе, пожалуйста!

– Щас! Разбежалась. Я же не сектретарша тебе, я компаньон, – сидела за соседним столом Муха, перебирая бумаги.

– Действительно, может нам завести секретаршу? Нашему ЧП это не помешает.

– Это будет настоящее ЧП для нашего частного предприятия, можно будет сразу его закрыть. Ты и так плохо соображаешь, а если появится молоденькая сучка, совсем голову потеряешь.

– Почему плохо?

– Посмотри бухгалтерию, расходы перекрывают доходы.

– Я же не виноват, что до людей не доходит, что мы лучшая рекламная компания. Говорил тебе, ресторан надо открывать, – чесал за ухом Шарик. – Черт, попросишь по-человечески кофе заварить – нет, все настроение испортят на целый день, а кофе как не было, так и нет.

Затрещал телефон на столе у Мухи.

– Кто звонит? – по-холостяцки высыпая в чашку растворимый, поинтересовался Шарик.

– Спрашивают, мы сможем прорекламировать любовь? – зажала лапой трубку Муха.

– Соглашайся, – замахал он хвостом.

– Без проблем, – ответила в трубку Муха и начала что-то записывать.

– А кто заказчик? – давился Шарик напитком, расспрашивая Муху, которая уже приняла заказ.

– Дружба, – вырвалось у нее веселым лаем.

– Я не думал, что любовь нуждается в какой-то раскрутке, – почесал ребра задней лапой Шарик, словно на стиральной доске потерев свою шкурку.

«Какой же он худой!» – вздохнула про себя Муха. – Сегодня всем стало это необходимо, – добавила она вслух.

– Пусть переводит деньги, подумаем, как это сделать получше.

– Деньги поступят через несколько часов.

– Чувствую, что мы можем рассчитывать на отпуск на Мальдивах?

– Про Мальдивы не уверена, но на Болгарию точно хватит. Давай ближе к делу, Шарик.

– Мне кажется, надо начать с тех ребят, что бродят по улицам.

– Да их надо бы причесать и погладить.

– А вместо табличек повесить на шею каждому женщину обнаженную. Пусть раздают ее номера телефона. А в руки листовки в виде сердец, пробитых стрелами. На всех растяжках и рекламных стендах написать крупно «А ты полюбил хоть кого-нибудь?» и Мону Лизу, – уносило фантазию Шарика все дальше и дальше из этого кабинета.

– Почему Мону Лизу? – вздрогнула Муха.

– Ее все знают, но в отличие от других звезд никто еще не видел обнаженной.

– А ведь и правда, – вспомнила мечтательно далекий ласковый взгляд Джоконды Муха.

– На транспорте нужно пустить кондукторами молодых привлекательных женщин, пусть отрывают билеты, тем самым показывая, что каждый имеет право на отрыв, электрички пустить в виде мужского достоинства, а тоннели – сама понимаешь, на стенах крупными буквами – любовь.

– На кофе уже заработал, – встала Муха со своего места, чтобы заняться кофе.