– Я, – хрипло ответил молодой прыщавый парень, самый хилый из них троих, и тут же был поощрен за откровенность указательным пальцем под кадык. Парень закашлялся и сполз со скамейки.

– Э, ты че? – схватил меня за футболку третий. Если мне не изменяет память, в этой супергруппе он был старшим и звали его Вован. Я немного повернул его руку против часовой стрелки, затем потянул ее на себя и сразу – резко под углом вверх.

– О-о-ой, епт-ть, у-у-у! – как сказал Станиславский, верю и сразу: ощущения при этом болевом такие, что ни в сказке сказать, болит все – запястье, локоть, плечо и даже волосы на заднице. Я развернул его и, когда он повернулся ко мне спиной, резко ударил его основанием ладони под сердце, исключительно из чувства милосердия. И боль сразу же его покинула. Вместе с сознанием.

В сумках обнаружилось всего два пистолета, прыщавому, судя по всему, оружия не полагалось. Пистолеты я разобрал, сбрасывая детали на дно одной из сумок. Но не все. Возвратные пружины я решил оставить себе, на память о нашем волнительном знакомстве. В сумках оказалось три паспорта. Я просмотрел их и забросил назад.

– Вставай, лишенец, чего разлегся – несильный пинок в голень немного привел водилу в чувство. Он закашлялся и поднял голову, глядя на меня с искренним ужасом.

– Забирай этих уродов и возвращайся на базу. В пути позвонишь и расскажешь, как все было. Да, и не забудь передать, я настоятельно прошу больше ко мне никого не присылать. Если еще раз такое повторится, гостей обижу по-настоящему. Понял?

– Д-да.

– Вот и чудненько, сделай так, чтобы остаток жизни я по тебе скучал.

Что-то мне подсказывало, что это не конец истории, а только ее начало. Время показало, что я оказался не так уж и неправ.

Глава 3

 – А Скоморох-то твой, Степаныч, совсем непрост оказался. Я послал за ним старшего смены из группы силового прикрытия с двумя бойцами, сказал, чтобы просто, без затей навешали ему по физиономии и привезли сюда.

– Зачем же так-то, Григорий Борисович?

– А что такое?

– Что с ними?

– У одного повреждена нога и сотрясение мозга, у второго серьезная травма руки, третий отделался легким испугом.

– Водитель?

– А как ты догадался?

«Как я догадался? А везти этих мудаков назад кто будет? Господи, ну и повезло же мне с начальничком!»

– Я же предупреждал вас, что он очень опасен. Он ничего не просил передать на словах?

– Ты сегодня просто в ударе, Степаныч! Передал, просил оставить его в покое, предупредил, что следующих гостей встретит совсем неласково.

– А может ну его, шеф?

– Как это, ну его? Он мне нужен, и он будет на меня работать.

– Вынужден еще раз предупредить, это очень непростой человек и он способен на многое.

– Что-то я не припомню, когда это я просил тебя о чем-то меня предупреждать.

– Виноват, Григорий Борисович.

– Именно, виноват, молодец, что понял. А знаешь, в чем виноват?

– Ну...

– Совершенно верно, виноват в том, что решил, что кому-то в этом кабинете интересно твое мнение. Твое дело – выполнять, а мое – думать. Уразумел?

– Так точно, – старый служака встал и принял стойку «смирно».

– Ладно, сядь, не в казарме. Ты главное пойми, не было в вашей конторе при совке толкового менеджмента, а значит и настоящих профессионалов, откуда им было взяться? Вся ваша советская власть была построена на вранье и приписках. Везде врали, понял? Зерна собирали больше всех в мире, а потом его же в Канаде закупали. В Афган влезли как мудаки последние, а там вас сделали как лохов и кто? Крестьяне неграмотные с дедовскими кремниевыми ружьями. Потом в Чечне наваляли по полной. Не было у вас профессионалов, еще раз повторяю, – он явно завелся, – и не надо сказок о мертвой царевне, уразумел?

– Уразумел.

– Вот и ладушки. А этого вашего Скомороха через три дня сюда в багажнике привезут. Я к нему Чингиза с ребятами направлю. Этот-то точно справится.

Глава 4

 Ни в какой Благовещенск я, конечно же, не поехал, еще не хватало впутывать хорошего человека Володю в свои проблемы. Я решил, что следующая группа товарищей появится на третий день: первый я отводил на возвращение группы героев в родные пенаты и доклад о совершенных подвигах, второй – на принятие решения о направлении следующей группы, третий – на собственно прибытие и начало работы по мне любимому.

Вторая группа работала гораздо грамотнее. Если бы я точно не знал, что меня будут водить, мог бы сразу и не заметить. У этих хотя бы хватило ума кататься за мной в неприметной «шестерке» с местными номерами. Предыдущие ухари раскатывали по городу на джипе с номерами московскими...

Менять обличие и притворяться я не стал – много чести, поэтому просто и без затей опять сходил на рынок и приставил к ребятам ушки. Услышанное меня приятно удивило. В этот раз меня предполагалось не просто захватить, а еще вдобавок и унизить.

Весь путь до столицы я должен был с комфортом провести в багажнике их авто в наручниках, а прихватить меня предполагалось прямо у меня же дома.

Ничего не скажу, ребята попались с фантазией: следом за идиотами прислали суперменов. Кого, интересно, потом направят?