Читаем Пристанище ведьм полностью

Я думала, что испытаю полное облегчение, когда уеду из «Колдостана», но мое сердце разрывалось от горечи. У меня было такое чувство, будто из моей груди выдернули все внутренности и бросили кровавым месивом на мраморный пол академии.

Я все представляла себе лица подруг. Даже вспомнила о Саре, Коре, Марии, Мэй, Аврелии и Руби. Обо всех, кого держала на расстоянии вытянутой руки. Даже по ним я скучала.

Правда, потом в ушах эхом отдался хруст мышц и сухожилий. Я вспомнила, как Хелен спокойно достала нож из сумки, как отрезала кисти мистера Мерфи, не моргнув глазом. Все-таки я поступала правильно.

Завтра я проведу ритуал воскрешения. Получу все ответы от Уильяма и остановлю убийства. Наконец обрету покой. Сделаю мир чуточку лучше.

Финн держал руку у меня на колене, словно ему каждую секунду хотелось убедиться в том, что я все еще здесь. Я чувствовала, будто задыхаюсь в тяжелом платье.

– Заедем кое-куда? – спросила я на окраине Нижнего Манхэттена.

– Конечно. Куда?

Я рассказала ему, как туда проехать. На сегодня это было последнее место в моем списке.

После того как нашли тело моего брата, за похороны заплатила семья Кэллахан. В Манхэттене не могло поместиться много могил, и мы с мамой думали кремировать Уильяма, но Кэллаханы настояли на этой услуге. Тогда их настойчивость показалась мне странной, но сейчас я была им благодарна.

Кладбище находилось недалеко от клуба «Командор». Финн следовал моим инструкциям, не задавая вопросов.

Он затормозил перед воротами из кованого железа, между двумя зданиями красного кирпича. Даже для города, полного причудливых вещей, это место казалось странным. На острове Манхэттен располагались десятки кладбищ, но это было одним из новых. Тут легко пройти мимо и даже его не заметить. О том, что это кладбище, говорил разве что кованый череп среди прутьев на воротах.

Финн выключил двигатель и повернулся ко мне. Он так сильно сжимал руль, что у него побелели костяшки.

– Что ж… – Он выдержал паузу, собираясь с мыслями. – У нас есть часы твоего брата, зеркало и книга. Кинжал спрятан у меня под матрасом. Бьюсь об заклад, ты привела меня в место, где покоится Уильям.

У меня кольнуло сердце.

– Это последнее из того, что нужно для ритуала.

Финн задумчиво кивнул.

– Мне пойти с тобой?

– Думаю, я хочу сделать это одна, – ответила я, но его доброта слегка приглушила боль.

– Я прослежу за тем, чтобы тебе никто не помешал.

Прежде чем я вышла из машины, Финн ласково стиснул мою руку, пытаясь меня подбодрить.

Как ни странно, ворота были открыты. Они тихо заскрипели, когда я их толкнула.

Лунная ночь омывала кладбище потусторонним серебристым сиянием. Было в этом месте нечто такое, что побуждало встать на колени и молить о прощении. Оно находилось всего в паре шагов от дороги, но в нем царила полная тишь. И в этой тиши я была совершенно одна.

Я вспомнила, почему не навещала могилу. Здесь не чувствовалось присутствия брата. Уильям не мог устоять на месте дольше тридцати секунд. Он бы не вынес вечного покоя.

Надгробия стояли в ряд, и многие покосились от времени, но его было еще новое. На краю небольшого участка, холодное и солидное, совсем не как Уильям при жизни.

«УИЛЬЯМ ДЖОН ХЕЛЛОУЭЛЛ. ЛЮБИМЫЙ СЫН, БРАТ И ДРУГ».

Я провела ладонью по этим буквам, холодным и бледным, совсем не подходившим моему брату, всегда излучавшему яркий свет.

– Сегодня я видела Оливера, – прошептала я, сама не зная зачем.

Холодная могила не давала ответа.

Я вздохнула и прижалась лбом к холодному камню. Я так устала, что у меня ныло все тело.

– Он тоже по тебе скучает.

По моей щеке скатилась бессмысленная слеза. Я смахнула ее тыльной стороной ладони. Взяла горсть земли и высыпала ее в вышитую бисером сумочку.

Затем поднялась, смахнула грязь с платья и перевела дыхание.

«Все готово, Уильям», – подумала я. Мы собрали все необходимое для «Воскрешения». Осталось лишь набраться храбрости.

– Скоро увидимся, – с надеждой вздохнула я.

Поднесла пальцы к губам, поцеловала их и прижала к надгробию.

– Обещаю.

Я вышла с кладбища и села в автомобиль.

До клуба «Командор» мы ехали в тишине, погруженные в свои мысли.

Финн припарковался у тротуара, и мы поднялись по мраморным ступеням. Он остановился на крыльце у двойных дверей и прошептал:

– Я очень тобой горжусь.

Как ни странно, даже в этот поздний час в вестибюле дежурил уже знакомый мне миниатюрный лысый старик. Финн протянул ему зеркало с книгой и вежливо попросил отнести в его комнату. Мне было неприятно отдавать их незнакомцу, но я не стала спорить. Часы Уильяма все еще были зажаты у меня в руке. Их я уж точно собиралась оставить при себе.

Теплая рука Финна лежала на моей, и с ним мне было как-то надежнее. Иначе возникало такое чувство, будто это здание может поглотить меня целиком.

Мы вместе поднялись по большой лестнице в помещение, обшитое панелями из темного дерева. В углу стояло чучело леопарда с навеки застывшим оскалом, но я так устала, что мне было даже уже не до страха. Хотя он, наверное, нахлынет с утра.

Мы остановились у знакомой мне двери, и я вопросительно взглянула на Финна.

Он обнадеживающе стиснул мою руку.