Читаем Prison (СИ) полностью

Стражники подошли ко мне с двух сторон и велели следовать за ними. Пройдя несколько витиеватых коридоров дворца, мы подошли к лестнице, которая слегка освещалась неким подобием факелов. Спустившись по ней, стражники толкнули тяжелые двери, и моему взору предстал длинный и широкий коридор, по обеим сторонам которого были расположены камеры. Абсолютно пустые, с белым полом, стенами и потолками, в меру просторные, но без излишеств… А в тех местах, где вместо стены было прозрачное стекло, их покрывала едва заметная тончайшая золотая сетка. Вряд ли это подобие электрического тока, как в камере ЩИТа. Скорее всего, это магия…

Меня вели мимо других преступников, которые с любопытством провожали нашу процессию взглядом. Самой разнообразной расы, мои будущие «соседи» что-то кричали мне вслед, но из тех обрывков фраз, что доносились до моих ушей, я не могла разобрать ни слова. Может, оно и к лучшему. Дойдя до конца коридора, один из стражников жестом велел мне войти в пустую камеру. И как только я зашла, за моей спиной образовалось стекло с золотой сеткой.

— Вам сейчас принесут одежду, — второй стражник мельком взглянул на мою мокрую рубаху, затем помедлил немного и с упреком произнес. — Эта камера предназначалась для Локи.

Слова продолжали звучать низким мужским голосом в моей голове, когда стражники ушли. Лучше бы он этого не говорил. Я повернулась: в камере стоял стол на изящных витых ножках, стул, выполненный в таком же стиле, и небольшая кушетка. На ней лежала книга. Я подошла поближе и взяла ее в руки. Это оказалась та самая книга на непонятном мне языке, в синем переплете, которую я перелистывала в комнате Локи. Глаза начали застилать слезы, а дыхание сбилось. Случайность? Нет, я уверена, что это сделано специально. Непонятно только, как такие подробности стали известны Одину. Наверно, от его взора ничто не укроется в Асгарде.

— Ваша одежда, — я и не заметила, как пришел один из стражников, держащий аккуратно сложенные одеяния. За ним второй, в руках которого был поднос с куском мяса, овощами, кувшином с водой и кубком. Они положили все на стол и молча вышли из камеры, снова заключая меня золотистой сеткой.

— Если вы не знаете этого языка, то мы можем принести вам другую, — один из охранников кивнул на книгу в моих руках. Я подняла на него глаза и почувствовала, как слеза упала на синюю обложку.

— Нет. Прошу, можно мне оставить ее? — я невольно всхлипнула. — Я бы очень хотела ее посмотреть…

Стражник отвернулся и ушел вслед за своим товарищем. Напротив моей камеры был проход в еще один коридор, который вел в другое помещение. Я забилась в угол своего нового жилища и, повернувшись к стене, стянула с себя мокрую рубаху.

Развернув ткань, что мне принесли, я невольно ахнула. В моих руках было простое льняное платье темно-зеленого цвета. Как раз того оттенка, что предпочитал в своих одеждах Локи. Наверное, меня решили свести с ума… Дрожащими руками я надела платье и села на кушетку. Что мне теперь делать? Попытаться бежать? Умолять выпустить? Мне не хотелось ни того, ни другого… Я была абсолютно одинока здесь, но на данный момент это как раз то, что может мне помочь. Побыть одной, осознать все, что со мной произошло. И главное — понять, как мне теперь существовать в этой жизни…

Я и сама не заметила, как успела задремать. Сквозь сон я услышала чьи-то тяжелые шаги. Встав с кушетки, я прильнула к стеклу, немного заглядывая в коридор, и увидела шедшего ко мне Одина. Он остановился напротив меня, и золотистая сетка в миг пропала вместе со стеклом. Всеотец шагнул в камеру и медленно подошел ко мне.

— Ты ничего не съела, дитя, — негромко начал говорить он. — Тебе не по нраву еда, которую принесли?

— Спасибо, государь, — мой голос дрожал. Я пыталась понять цель его визита. — Я не голодна.

— Кусок в горло не лезет? — с сочувствием спросил он. Меня удивила его перемена настроения. — Я не держу на тебя зла, девочка. Ты виновата меньше всех… Но я не могу поступить иначе.

— Понимаю, — выдохнула я, посмотрев в пол. Если бы он знал, что именно я перенесла драккар туда, где Локи встретил свою смерть… — Но чувствую, что мне все же надо извиниться. Теперь все девять миров находятся в большой опасности, — я вдруг вспомнила, что говорил Тор об эфире и Малеките, когда мы находились в Мидгарде. — Но если бы я сразу попыталась их остановить, то возможно, он был бы жив… — дрожащим голосом сказала я, и в моей памяти мелькнуло бездыханное тело Локи.

— Вы были с ним близки? — неожиданно спросил царь. — Он никогда бы не поделился со мной ничем подобным. — поспешил объяснить он свой вопрос. — Локи был приемным сыном. Но мы любили его, как родного. Я был бы рад, если бы прекрасная дева, такая как ты, когда-нибудь подарила бы ему свою любовь…

Слезы вмиг вернулись, а сердце болезненно сжалось. Я с шумом выдохнула и вытерла намокшие веки.

— А я была бы рада подарить ему эту любовь, — тихо произнесла я и разрешила себе дать волю чувствам. Я расплакалась, как ребенок.